18 ноября 2018 г.

Новые статьи:

Государство
Дмитрий Волков
Вступление в Имперскость
Общество
Дмитрий Волков
Смертный выбор
Семья
Екатерина Терешко
Формы устройства ребёнка в семью
Общество
Вадим Колесниченко
Концепция тотальной украинизации. Анализ
Общество
Александр Каревин
Житие «святого» Иуды
Государство
Федор СЕЛЕЗНЕВ
Царская забота: государство и промышленность в самодержавной России
Общество
Владимир ГОРЯЧЕВ
Политическое и правовое учение преподобного Иосифа Волоцкого
Общество
Сергей ГРИНЯЕВ, Александр ФОМИН
Иерархия кризисов
 
 
 

Статьи: Религия

Протоиерей Владислав ЦЫПИН
«Акт о наследовании Всероссийского Императорского Престола» Императора Павла

Протоиерей Владислав Цыпин — церковный историк, канонист. Родился в 1947 году. Окончил МГУ и МДА. Доктор церковной истории. Профессор Московской Духовной академии. Автор многих книг и статей.

В истории российского законодательства «Акт о наследовании Всероссийского Императорского Престола» был одним из самых важных по своим последствиям. По существу дела, он стал Основным законом Российской Империи, оказав решающее влияние на политическую историю XIX века и отчасти XX. «Акт» составлен был Императором Павлом Петровичем в бытность его Наследником престола от собственного лица и от лица его супруги, Великой княгини Марии Феодоровны 4 января 1788 года и затем положен для хранения в Успенском соборе Московского Кремля. Впоследствии, по восшествии на престол, в день своей коронации, 5 апреля 1797 года, Император огласил его.

Можно с большой уверенностью считать, что составление этого документа продиктовано было тем, что после устранения и последовавшего затем убийства Петра III Павел не унаследовал престол своего отца, обойденный матерью — Екатериной Великой. Изданием этого «Акта» он стремился предотвратить повторение подобных узурпаций в будущем. Целью издания «Акта» было внесение твердого и однозначно интерпретируемого наследственного порядка в преемство высшей государственной власти, который должен был заменить прежнюю, введенную Петром Великим систему, основанную на назначении Наследника царствующим Государем по его усмотрению, чреватую, ввиду неопределенности относительно лица Наследника до самой кончины правящего Государя, интригами вокруг престолонаследия и прямыми государственными переворотами, которые и имели место в 1741 и 1762 гг.

В самом «Акте» цель его издания формулируется следующим образом: «Дабы государство не было без наследника. Дабы наследник был назначен всегда законом самим. Дабы не было ни малейшего сомнения, кому наследовать. Дабы сохранить право родов в наследствии, не нарушая права естественного, и избежать затруднений при переходе из рода в род».

В основании закона о престолонаследии лежат три принципа: первородства, преимущества лиц мужского пола перед лицами женского пола и, соответственно, происхождения от родоначальника по мужской линии, а также степени родственной близости к последнему царствовавшему Императору. Своим наследником Павел назначает в «Акте» старшего сына Александра, а по нем — его потомство мужского пола, по пресечении потомства старшего сына оно переходит в род второго сына и так до последнего потомка мужского пола последнего сына. По пресечении мужского поколения сыновей Павла наследство переходит к женскому полу последнего царствующего Императора, в котором опять-таки преимущество имеют лица мужского пола, с той только оговоркой, что «не теряет никогда права то женское лицо, от которого право беспосредственно пришло». По пресечении этого рода наследство переходит в род старшего сына Павла в женское поколение, «в котором наследует ближняя родственница последнецарствовавшего рода», а в отсутствии таковой к другим лицам мужского или женского пола с соблюдением правила относительно преимуществ лиц мужского пола. Затем наследство переходит в женский род прочих сыновей Павла в том же порядке, затем— в род старшей его дочери в мужское поколение, а по пресечении его — в женское, и далее к потомству других его дочерей. При этом оговариваются два условия: «Меньшая сестра, хотя бы и сыновей имела, не отъемлет права у старшей, хотя бы и не замужней», «брат же меньший наследует прежде старших своих сестер».

«Акт о престолонаследии» Императора Павла исключает возможность наследования Престола женой или мужем Царствовавшей особы, что в свое время имело место при воцарении его матери Екатерины Великой. О статусе супругов Царствующей особы в акте сказано: «Если наследовать будет женское лицо, и таковая особа будет замужем, или выйдет, тогда мужа не почитать Государем, а отдавать однако ж почести наравне с супругами Государей, и пользоваться прочими преимуществами таковых, кроме титула».

В «Акте» содержится также положение о непризнании законными женитьб членов Императорского дома без дозволения Государя. Соответствующее положение в самом законе не содержит ясного указания относительно устранения от наследования лиц, рожденных от таковых браков. Впоследствие вопрос этот решался, однако, именно таким образом, а Император Александр III запретил всем членам Императорского дома заключать неравнородные, морганатические браки, то есть вступать в брак с лицами, не принадлежащими к владетельным домам.

Император Павел установил совершеннолетие для Государей и Наследников по достижении 16 лет, а для прочих членов Императорской фамилии — 20лет. На случай восшествия на престол несовершеннолетнего Государя было предусмотрено назначение правителя и опекуна.

В «Акте о престолонаследии» содержится также исключительно важное положение о невозможности восшествия на Российский престол лица, не принадлежащего к Православной Церкви. Соответствующее место включает в себя и усвоение Российскому Государю статуса Главы Церкви: «Когда наследство дойдет до такого поколения женского, которое царствует уже на другом престоле, тогда предоставлено наследующему лицу избрать веру и престол, и отрещись вместе с наследником от другой веры и престола, если таковой престол связан с Законом (подразумевается вероисповедание, в данном случае не православное. — В.Ц.), для того что Государи Российские суть Главою Церкви, а если отрицания от веры не будет, то наследовать тому лицу, которое ближе по порядку». Это положение — о невозможности занимать Российский престол особе, не принадлежащей к Православной Церкви, —повторяет соответствующее место из завещания Императрицы Екатерины I, составленного в 1727 году: «Никто никогда Российским престолом владеть не может, который не греческого закона».

Содержание положения «Акта» относительно вероисповедания Государя отразилось в 42-й статье «Основных законов», помещенных в Своде Законов Российской Империи, первое издание которого вышло в 1832 г.: «Император яко христианский Государь есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры и блюститель правоверия и всякого в Церкви святой благочиния» (положение заимствовано из «Духовного регламента»). А в примечании к этой статье сказано: «В сем смысле Император в Акте о наследии престола 1797 г. апреля 5 именуется Главою Церкви». Таким образом, вносится известное ограничение в формулу относительно главенства Государя в Церкви. Формула Императора Павла лишается силы прямого закона, становясь только толкованием одной из статей «Основных законов».

Для православного канонического правосознания допустима лишь такая интерпретация положения о главенстве Императора в Церкви, которая подразумевает возглавление и представление Императором сословия мирян, но не епископата. В таком смысле и интерпретировалось соответствующее положение в канонической и юридической литературе XIX века большинством авторов. Так, А.Д. Градовский в своем толковании 42-й статьи «Основных законов» писал: «Права самодержавной власти касаются предметов церковного управления, а не самого содержания положительного вероисповедания, догматической и обрядовой стороны… Таким образом, компетенция верховной власти ограничивается теми делами, которые вообще могут быть предметом церковной администрации, то есть не предполагают актов, по существу своему принадлежащих органам Вселенской Церкви, Вселенским Соборам» (Градовский А. Начала русского государственного права. СПб., 1875. Т. 1. С. 151). Некоторые авторы настаивали на том, что хотя Император и не может издавать законов о вере, устанавливать догматов, ему, однако, принадлежит в Церкви полнота власти, в том числе и законодательной. Так, Н.С. Суворов писал: «Император законодательствует в Церкви, поскольку она есть юридический порядок, основанный на традиционном Православии, не изменяя этого традиционного Православия и не внося в него новых догматов, но регулируя церковную жизнь в духе этого Православия» (Суворов Н.С. Курс церковного права. Ярославль, 1889. Т. 1. С. 364). По интерпретации П.Е. Казанского, «Император— не посторонняя Православной Церкви государственная власть, но именно глава Церкви… По наиболее распространеннному воззрению, Государь Император наследует в этом отношении власть византийских императоров» (Казанский П.Е. Власть Всероссийского Императора. Одесса, 1913. С. 162, 253).

«Акт о престолонаследии» в отредактированном виде вместе с позднейшими актами, касающимися данной темы, включался во все издания Свода Законов Российской Империи. Наследование престола происходило со времени издания «Акта» в соответствии с ним. После убийства самого Императора Павла престол перешел к его старшему сыну Александру I, после кончины которого, ввиду отсутствия у него потомства и отречения второго сына Павла, Великого князя Константина, вступившего в морганатический брак, от прав Наследника, престол перешел к третьему сыну Павла, Николаю I, и оставался затем в его потомстве: Николаю I унаследовал его старший сын Александр II, после его убийства престол перешел ввиду наступившей ранее кончины его старшего сына Николая, не оставившего потомства, ко второму сыну — Александру III, затем к старшему сыну Александра III — святому Николаю II.

После вынужденного отречения святого Императора Николая II и последовавшего затем убийства Царя, его семьи и многих членов Императорского дома вопрос о престолонаследии, с одной стороны, лишился актуальности, а с другой, — стало невозможным буквальное следование всем положениям «Акта» Императора Павла с последующими дополнениями к нему, ибо ни «Акт», ни законодательство Российской Империи вообще не предусматривали возможности прекращения в России монархического правления и восстановления его в неопределенном будущем.

При этом старшинство в Императорском доме, ввиду убийства единственного сына последнецарствовавшего Императора Наследника престола Алексия и полного истребления мужского потомства Александра III, перешло в род следующего после Александра III сына Александра II — Владимира Александровича, а именно к его старшему сыну, Великому князю Кириллу Владимировичу, который в 1922 г. провозгласил себя Блюстителем престола, а в 1924 — Императором. Последний акт вызвал возражения ряда членов Императорского дома, в том числе вдовствовавшей Императрицы Марии Феодоровны.

После кончины Кирилла Владимировича в 1938 году главою Императорского дома стал его сын, Великий князь Владимир Кириллович, скончавшийся в 1992 году. Признание его дочери, Великой княгини Марии Владимировны (1953 г.р.) главою Императорского дома, если следовать основным положениям российского законодательства о престолонаследии, включая «Акт» Императора Павла, возможно в том случае, если династические права главы Императорского дома, каковым, бесспорно, являлся ее отец, приравнять к правам последнецарствовавшего Императора, а также если считать брак ее родителей равнородным: в 1948 г. Великий князь Владимир Кириллович вступил в брак с княжной Леонидой Гергиевной Багратион-Мухранской, этому браку предшествовало признание царственного достоинства Дома царствовавшего в Грузии до ее присоединения к России Багратидов, из которого происходит Великая княгиня Леонида Георгиевна. Ныне ряд лиц, принадлежащих по происхождению к династии Романовых, считают брак Великого князя Владимира Кирилловича морганатическим и оспаривают главенство в Императорском доме Великой княгини Марии Владимировны, а также принадлежность титула Императорского высочества ей и ее сыну Георгию Михайловичу (1981 г.р.), принадлежащему к прусской династии Гогенцоллернов по отцу, принявшему Православие перед бракосочетанием с Марией Владимировной (ныне этот брак расторгнут). В соответствии со 146-й статьей «Учреждения о Императорской фамилии», включенного в «Основные законы» в редакции 1906 г., титулы Великого князя, Великой княжны и Императорских высочеств принадлежат сыновьям, дочерям, братьям, сестрам, а в мужском поколении всем внукам Императоров, а титулы высочеств, князей и княжен Императорской крови — правнукам Императора, происшедшим от мужского поколения, а в роде каждого правнука — старшему сыну и его старшим, по праву первородства, потомкам мужского пола и мужского поколения (статья 147), титул светлости, князя и княжны Императорской крови — всем последующим родам, происшедшим в мужском поколении от младших детей правнука Императора.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II в слове перед отпеванием Владимира Кирилловича в Исаакиевском соборе Санкт-Петербурга 29апреля 1992 года именовал почившего Великим князем (Алексий II, Патриарх Московский и всея Руси. Церковь и духовное возрождение России. Слова, речи, послания, обращения. 1990–1998. М., 1999. С. 330), что правомерно лишь при признании его отца Кирилла Владимировича Императором de jure или при уравнивании династических прав, насколько они связаны с употреблением титулов потомками Главы Императорского дома с Императором, ибо в ином случае Владимир Кириллович — только правнук Императора Александра II и как таковой имел право лишь на титул князя Императорской крови.

Из потомков российских Императоров, доживших до конца ХХ столетия, от бесспорно неморганатических браков происходят княжна Вера Константиновна, дочь Великого князя Константина Константиновича, внука Императора Николая I, а также ее племянница Екатерина Иоанновна, праправнучка Николая I, но они обе не имеют потомства. Если же исходить из положений самого «Акта» Императора Павла, в котором не содержится прямого устранения от наследования Престола лиц, происходящих от морганатических браков, то с учетом преимущества лиц мужского пола, имеющих происхождение от Царствовавших Императоров по мужской линии, старшинство в роде Романовых принадлежит князю Павлу Дмитриевичу (1954 г.р.), морганатическому сыну Великого князя Дмитрия Павловича, внука Императора Александра II. Но такой вывод не может иметь никакой юридической силы ввиду устранения от прав наследования лиц, происходящих от морганатических браков, на основании 36-й статьи «Основных законов Российской Империи» в редакции 1906 года.

Литература:

Градовский А. Начала русского государственного права. СПб., 1875. Т. 1.

Казанский П.Е. Власть Всероссийского Императора. Одесса, 1913.

Наследование Российского Императорского престола. Изд. 2-е. М., 1999.

Суворов Н.С. Курс церковного права. Ярославль, 1889. Т. 1.

Темниковский Е.Н. Положение Императора Всероссийского в Русской Православной Церкви в связи с общим учением о церковной власти. Ярославль, 1909.

(22 июня 2006 г.)


Прокомментировать статью

Имя:
E-mail:
Комментарий:
Введите текст, который Вы видите на картинке:
защита от роботов