27 мая 2018 г.

Новые статьи:

Государство
Дмитрий Волков
Вступление в Имперскость
Общество
Дмитрий Волков
Смертный выбор
Семья
Екатерина Терешко
Формы устройства ребёнка в семью
Общество
Вадим Колесниченко
Концепция тотальной украинизации. Анализ
Общество
Александр Каревин
Житие «святого» Иуды
Государство
Федор СЕЛЕЗНЕВ
Царская забота: государство и промышленность в самодержавной России
Общество
Владимир ГОРЯЧЕВ
Политическое и правовое учение преподобного Иосифа Волоцкого
Общество
Сергей ГРИНЯЕВ, Александр ФОМИН
Иерархия кризисов
 
 
 

Статьи: Религия

Иеромонах Кирилл (Зинковский)
Увлечение исламом или «Эпоха эгоизма»

Иеромонах Кирилл (Зинковский) — кандидат богословских наук, преподаватель С.-Петербургской Духовной академии

Не в силе Бог, а в Правде.

В одном из номеров газеты «Православный Петербург» была напечатана статья, в которой речь шла об увлечении исламом православной девушки, жительницы нашего города. Впрочем, история прежде всего началась с увлечения личностью Шамиля Басаева, печально известного лидера исламских экстремистов.

Что хотелось бы отметить прежде всего — это крайнюю безответственность молодого поколения русских людей. Именно безответственность, нечувствие к горю соотечественников, чудовищно гипертрофированная концетрация на мире личных ощущений, переживаний и интересов бросается в глаза и возмущает в позиции молодой девушки, а в ее лице и всего «нового сознания», искусно прививаемого нашему обществу. Басаев — злодей и преступник — становится «симпатичен» молодой девушке не случайно. Это чувство симпатии к изуверу, которого даже многие простые мусульмане не признают за достойного имени «человек», продукт сатанинского культа силы и эгоизма, заполонившего экраны нашего телевидения. Адским холодом веет от признания в симпатии к тому, кто руководил такими терактами, как захват больницы с заложниками в г. Буденновске Ставропольского края 14 июня 1995 г., открыто говорит о планах в будущем проводить операции, подобные Беслану.

Тот же холод пронизывает душу при мысли, что человек, посещающий храм Божий, приступающий к Святым Тайнам Христовым, может «увлекаться» религией, в которой отвергаются самые основы христианской веры. Здесь новый виток крайней безответственности, потребительского отношения к самому святому и главному в жизни человека. Душа, способная к такому легкому, беспроблемному «прелюбодеянию», вызывает по крайней мере неприязнь, если не сказать брезгливость. И пускай не обижается девушка, о которой идет речь, а ужаснется своему состоянию и встрепенется от болота самовлюбленного существования, которое никогда не оставляло ничего достойного для памяти современников и потомков. Не случаен и совет не спешить со стороны искренних мусульман в ответ на поспешный «перелет» нашей «птички» — предателей в стане противника никто никогда не считал своими до конца: предавший однажды своих легко предаст вновь и чужих. Полного доверия к таким никогда не было.

Не случайно также и увлечение самим исламом, последовавшее за увлечением персоной Басаева. Последний пытается прославиться хорошими знаниями мусульманской догматики. Даже стремится показать себя провидцем. Любит бравировать перед женщинами. В отношении к России непримирим. В последнее время все его высказывания и речи направлены на саморекламу (приписывает все заслуги себе лично). Нескрываемая гордыня, помноженная на религиозное оправдание невинных, беззащитных жертв — это ли не сатанизм в действии?

Исключительность веры во Христа

Если мы как христиане верим в Господа Иисуса Христа как Искупителя и Спасителя рода человеческого, то, конечно, поймем, что любая другая вера не может быть угодна Богу, если она отрицает эту евангельскую богооткровенную истину. Несовместим с Православием ислам, почитающий Христа только как пророка, хотя и великого. Первый Вселенский Собор как раз и был посвящен защите веры в Божественное достоинство Господа Иисуса Христа и анафематствовал всех отрицающих оное. Для нас, православных христиан, ислам содержит немало богохульств, а отрицающий это — просто невежа в истории Церкви и богословии. Не понимающий этих прописных истин — сверхповерхностный христианин, а скорее, даже и не заслуживает носить на себе имени Христа, ибо в век информации и просвещения не нашел времени и интереса ознакомиться с фундаментальными основами своего «упования». Борьба святых отцов в IV веке с арианами, отрицавшими равенство Бога Сына Богу Отцу, была не просто богословской распрей, а защитой краеугольного камня нашей веры, на котором зиждется все тело Церкви Христовой.

Святые отцы об исламе

Свт. Николай Сербский (XX век) свидетельствует об исламе: ислам, несмотря на то что является одной из относительно высоких религий, совершенно не терпит учения о Боге как о Святой Троице. В Коране такое понятие высмеивается. На мечети Омара в Иерусалиме высечена на стене такая заповедь: «Правоверные, знайте, что Аллах не имеет Сына». И именно потому, что по этой вере Бог не имеет Сына, в Коране нигде не говорится о любви Божией, но только о правде Божией и милосердии. Несмотря на то что почти все свои понятия Мухаммед почерпнул из Ветхого Завета, он не заметил слов Всевышнего: Ужели Я, Который отворяет утробы, не могу родить? Ужели Я, Который дарует жизнь, останусь без наследия? (Ис. 66, 9). И этого не заметили не только Мухаммед, но и древние ариане и современные унитарии. Любовь в одном лице — не любовь, а самолюбие и себялюбие. Потому Мухаммед и не упоминает о любви в связи с богом-Аллахом, но только о праведности и милосердии.

Вот почему Мухаммед сказал: «Моисей и бывшие после него, так называемые пророки и сам Христос, были посланы от Бога с чудесами и различными знамениями, а я послан с мечем и имею повеление убивать не покоряющихся моим словам».

«С этим жестоким и насильственным Востоком, с магометанством — еврейско-христианской ересью, не могут отождествляться православные».

Преп. Максим Грек (XVI век): «Скверный сей (Мухаммед) не от Бога послан, — ибо преблагий Бог никого не принуждает насильно».

Св. Константин Философ (равноап. Кирилл, IX век): «Скажи мне, если Мухаммед есть пророк, то будем ли мы верить Даниилу, который сказал, что с Христом прекратится всякое видение и пророчество? Как же после этого он может быть пророком? Поэтому, если мы называем Мухаммеда пророком, значит, отвергаем Даниила».

Свт. Григорий Палама (XV век): «Что же касается Мухаммеда, то мы не находим ни свидетельств о нем у пророков, ни чего-то необычного и достойного упоминания в его деяниях, способного вызвать веру в него. Поэтому мы не веруем в него и не верим его книге».

Преп. Иоанн Дамаскин (VIII век): «Но кто же свидетель, что Бог дал ему писание? …когда Мухаммед в вашем писании приказывает вам ничего не делать и не принимать без свидетелей, не сказали ему: прежде всего сам подтверди чрез свидетелей, что ты пророк, что от Бога пришел и какие писания свидетельствуют о тебе?»

Свт. Симеон Фессалоникийский (XIV век): «Введенные в заблуждение одним нечестивейшим и бесноватым варваром, единоплеменным им, нечистым и беспутым, целиком [бывшим] жилищем диавола, а именно, Магометом, признали Бога, но явились подобными совершенно безбожным, какими они и были прежде; после того, как, узнав нечто об истинном Боге, не признали безначального Отца живого Слова, нерожденного, причины всего, от века сущего, Родителя живой Премудрости, единородного и неплотского Сына, и Святого Духа. Отвергнув, безумные, неплотского Сына и Слова Божия и животворящего Духа, и соделав все [свои] порочные и общеизвестные дела, совершенно впали в еще более безобразнейшее… множество женщин брали и наполняли землю убийствами и грабежом; вследствии чего постоянно жили с луком и кинжалом и развязывали войны против всех народов, изгоняя, убивая и захватывая, как разбойники, чужие страны, разлучая отцов от детей, жен от мужей, терзая разделением единое по естеству. Помешанные на деньгах, помешанные на наслаждениях и распутном образе жизни, сии заблудшие веруют, будто эти вещи они получают как праведные и верные… и осмелился сей нечестивый (Магомет) назвать самого себя более высшим, чем Христос; и [сказал он], что видел Бога подобным кристаллу (кристаллическим), целиком сферическим, а кроме того, своим сторонникам обещал предоставить райские сады, исполненные всякой распущенностью».

Свт. Игнатий Кавказский (XIX век): «Ошибочно вы думаете и говорите, что добрые люди между магометанами спасутся... Признающий возможность спасения без веры во Христа отрицается Христа и, может быть, не ведая, впадает в тяжкий грех богохульства».

Родство ислама с Западом

Хотя в наше время мы видим «фундаменталистский» исламский Восток в противостоянии «прогрессивному» Западу, а очаги военных конфликтов грозят вот-вот разразиться пламенем третьей мировой войны, мы смело можем сказать, что это нечто совсем иное, чем противостояние древних христиан и мусульман. Это достаточно очевидно, начиная со всеобщей апостасии Запада от христианства в его богословском и нравственном содежании и кончая несомненными финансовыми «вливаниями» со стороны «теневых» структур Запада в экстремистские группировки. Тем более не удивительно, что эти две крайности, два «края» — Восток и Запад — сходятся в мистическом, глубинном родстве.

Ислам, несомненно, духовнее язычествующего Запада. Ведь он признает пост и молитву, Бога и душу. Естественно, что он духовнее интеллектуальной банды, осмеивающей пост и молитву, отрекающейся от Бога и души, стремящейся только к земному раю. Но ислам и язычествующий Запад сродны одним: видением будущего рая. Действительно, мусульмане видят рай на небе, а не на земле, а западные язычники мечтают о рае на земле, а не на небе. Конечно, в топографическом смысле эти два рая весьма удалены друг от друга, но сущность их едина. Ведь и мусульмане, и западники считают раем полноту плотской жизни и полное удовлетворение своих плотских страстей. Чтобы стяжать такой рай, мусульмане изнуряют себя постом, молитвами и поклонами, а западники — псевдонаучными изысканиями и общественными переворотами (свт. Николай Сербский).

Кроме того, оказывается, что ислам — религия максимально рационализированная. Знанию (положительному, религиозному) придается подчас едва ли не решающее значение: «ученый мог бы и не совершать благих деяний — он был бы оправдан своими знаниями. А если бы ты, простолюдин, посмотрев на него, пренебрег благими деяниями, то дурные деяния твои, поскольку ты лишен его знаний, погубили бы тебя, ибо заступничества тебе искать было бы не в чем». Отсюда искажено и понятие греха как такового. По мусульманскому учению, грех есть неведение божественного закона.

Так же как и гуманистически ориентированный Запад, мусульманский Восток в своем учении отрицает качественное изменение в человеке после грехопадения Адама и Евы. Первый грех в исламе не мыслится как первородный, то есть открывший путь всем последующим грехам. Учение о первородном грехе не согласуется с Кораном, так же как оно молчаливо, а зачастую и открыто отвергается Западом.

Мусульманское богословие не признает и удобопреклонности ко греху падшего человеческого естества, вслед за Западом поставляя человека «правоверного» (а Запад — «просвещенного») на пьедестал почета. Уже то, что ты исповедуешь ислам, избавит тебя в будущей жизни от вечных мук, какие бы грехи на тебе ни висели, — «возможно, Аллах Всевышний простит его без наказания, а если он и накажет его за его грех, то его наказание не будет вечным, и исход его дела — воздаяние в Раю» (хадис 39, переданный со слов Абу Хурайры). Такую установку иначе, чем самообманом, сложно назвать. Тот же самообман характерен и для человеко-бога западной «Новой эпохи» (New Age).

В своем суровом реализме христианское учение о грехе может показаться страшным. Грехопадение качественно изменило отношения человека с Богом, образовав пропасть между ними, и осквернило само человеческое естество. А поскольку искаженная, помраченная природа не может породить природу чистую и первозданную, каждый человек от рождения получает природу, пораженную грехом. Это и называется в христианском богословии первородным грехом. Однако необходимо всегда помнить, что смысл проповеди христианства состоит не в возвещении гибели от греха, а в возвещении спасения от Бога, явившемся нам в лице Господа нашего Иисуса Христа, взявшего на Себя грех мира (Ин. 1, 29), и потому именно мы не боимся осознавать грех в его истинном значении, потому что имеем истинного Спасителя, истинно разрешающего нас от наших грехов.

Культ силы и религия сильного человека

Сила, отвлеченная от нравственного фундамента, пропагандируется нам с Запада, она же пленила девушку в лице террориста-изувера, прикрывающегося мусульманским именем. Но для православного «Бог не в силе, а в правде!», истинная сила дается только Господом, а человеческая и диавольская торжествуют лишь временно и внешне, приводя своих почитателей к вечной погибели, вечному и абсолютному поражению. В этом виден еще один общий аспект антихристиански настроенных Востока и Запада — культ силы как таковой, вера в то, что цель оправдывает средства.

Сопоставляя учение Мухаммеда и учение Христа, можно видеть, какая из религий предназначена для сильного человека и какая имеет власть сделать его сильным. Начнем с того, что само священное писание мусульман по объему в три раза меньше Священного Писания христиан. Даже для того, чтобы просто прочитать Библию, требуется втрое больше усилий, времени и усидчивости, чем для того, чтобы прочитать Коран. Эту же пропорцию мы увидим и сравнивая их содержание.

Христианство учит обузданию собственных страстей, таких как ненависть, похоть, сребролюбие; ислам же, напротив, потакает всем им — так, например, хотя и признает, что Богу угоднее милосердие, но позволяет месть, хотя и говорит, что Богу приятнее единство семьи, но признает развод по любой прихоти мужа; хотя и поощряет милостыню, но ублажает страсть к накопительству, почитая богатых.

Христианство благословляет брак с одной лишь женой, ислам дозволяет иметь четыре жены и бессчетное количество наложниц. Любому разумному человеку ясно, что соблюдать супружескую верность в законном браке с единственной женой много сложнее, чем при возможности в рамках дозволенного иметь связь практически с не ограниченным количеством женщин.

Ислам заповедует обязательно молиться пять раз в сутки, христиане же имеют заповедь непрестанно молиться (1 Фес. 5, 17). Мусульмане постятся лишь три недели, тогда как в Православной Церкви постными являются почти две трети дней в году, причем пост длится полные сутки, а не только днем, как в исламе. Разумеется, для того, чтобы поститься двести сорок дней и ночей, нужно много больше усилий, чем для поста на протяжении двадцати дней.

Как нечто высокое приводят в пример мусульманский закон, запрещающий винопитие. Но при внимательном рассмотрении и в этом религия арабов уступает учению Церкви. Христианство не запрещает употребление вина как такового, но строго-настрого запрещает пьянство: пьяницы Царства Божьего не наследуют (1Кор. 6, 10). А любому очевидно, что только сильный человек может, употребляя спиртное, соблюсти меру и не впасть в пьянство, полный же отказ от спиртного является куда более легким путем преодоления этого греха.

Также ислам запрещает вкушать свинину, устанавливает и некоторые другие ограничения, в одежде и поведении, но совершенно ясно, что гораздо проще не есть свинину и не носить шелка, чем блюсти заповедь воздерживаться от греха даже в мыслях — как заповедано каждому христианину.

Если в исламе ведение войны основывается на ненависти к убиваемым, то в христианстве основанием воинского подвига является любовь к защищаемым — нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих (Ин. 15, 13), и слова эти по праву относятся к тем, кто с честью погиб в битве. Таково учение Христа, и только сильный духом и волею человек может понести его.

Продолжать сопоставления можно очень и очень долго. Но и на основе уже приведенного можно вполне объективно сказать, что христианство — религия сильных людей, тогда как ислам — религия для слабых и хилых. Христианство для свободных, ислам для рабов. Мы говорим здесь о самой важной для человека свободе — свободе от греха и собственных страстей, от которых не в силах освободить своих последователей мусульманская вера. И именно этим объясняется распространение ислама в современном мире. Именно потому ислам становится популярен сейчас на Западе, что ныне наступает эпоха слабого человека, секуляризированное человечество культивирует свои немощи и погрязает в добровольной расслабленности. Как приятно слышать им: Аллах хочет облегчить вам (жизнь); ведь создан человек слабым (Коран 4:28).

Женщина в исламе и христианстве

Молодая увлекшаяся особа должна также четко осознать положение женщины в мусульманской семье. Согласно распространенному хадису-изречению «пророка», большинство женщин окажутся в аду. Согласно другому хадису, «пророк сказал: я не оставил после себя искушения более вредоносного для мужчин, чем женщины» (аль-Бухари и Муслим). Таким образом, мы видим, что Сунна полна высказываний оскорбительных и унизительных для женщин. Полигамия сама по себе свидетельствует о глубоком диссонансе в правах: женщина, в отличие от мужчины, не может позволить себе иметь нескольких мужей. Женщина обязана хранить верность мужу, в то время как муж вправе законно нарушать верность жене (с другой женой, с временной женой, с наложницей). Так что все прокламации о равенстве являются не более чем недоброкачественным рекламным трюком.

Шариат знает несколько видов разводов, различавшихся как по самому порядку, так и по его юридическим последствиям. Хотя поводы для развода достаточно точно определены, муж мог развестись с женой и без объяснения причин в упрощенной форме (талак), произнеся одну из установленных фраз: «Ты отлучена» или «Соединись с родом». Жена же может требовать развода только через суд. Согласно шариату, свидетельство двух женщин в суде приравнивается к свидетельству одного мужчины. Женщинам также запрещено следовать за похоронной процессией. Мужчина-мусульманин имеет право жениться на иноверке, но мусульманка выйти замуж за иноверца не может. В Коране прямо предписывается бить непокорную жену (Коран 4:34). Даже до нынешнего дня и в самой Европе из-под пера ученых шейхов выходят специальные книги, посвященные тому, как надо «правильно» бить жену!

Остается только сравнить мусульманское понимание женщины как ущемленного в правах «наиболее вредоносного», «имеющего недостатки в вере и уме» нижестоящего существа, обреченного в большинстве своем оказаться в итоге в аду, и христианское понимание женщины как созданной по образу Божию (Быт. 1, 27) сонаследницы благодатной жизни, которой надлежит оказывать честь (1 Пет. 3, 7), которая в браке имеет право быть единственной любимой (Еф. 5, 28), являясь в этой любви образом Святой Церкви (Еф. 5, 23).

Кто хочет войны?

Мы не хотим войны, что видно уже из того что в Чечне начали ее не мы, не православные русские, не Россия, а экстремистские силы ислама. Кроме того, Россия при своей военной мощи давно бы могла разделаться с обольщенными группами боевиков в Чечне, и медлительность такая зачастую кажется уже просто преступной, но однако говорит о нежелании действовать подобными боевикам фашистскими методами. Российским гражданам и Православной Церкви эта война не нужна, а история царской России дает нам чудные примеры мирного сосуществования христиан и мусульман.

На всю жизнь запомнился момент из воспоминаний генерала Краснова, который, описывая события Первой мировой войны, отмечает, как повели себя солдаты одной большой мусульманской части российской армии, когда они попали в плен к австрийцам. Немецкое командование обешало хорошие условия и муллу. В ответ на предложение измены Царю и России — переход под немецкие знамена— все воины-мусульмане как один встали на колени и запели гимн Росиии «Боже, Царя храни»!

Традиционно в России распространен ислам суннитского толка, ханафитского масхаба (по имени имама Абу Ханифы). Это направление отличается терпимостью, допускает широкое применение светского права как вспомогательного, но независимого источника закона, что позволяет упрощать деловые отношения, вступать в контакты с иноверцами, получать значительные послабления в быту. В начале 90-х годов в связи с развалом СССР резко активизировались псевдоисламские культы. Ими проповедуются идеи всеобщей исламизации населения, осуществляется разжигание сепаратистских настроений. Конечной целью этих культов является установление теократического исламского государства на территории мусульманских регионов России. Следует отметить, что в своей организационной деятельности их руководители активно контактируют с лидерами преступных группировок, наркомафией, а в ряде случаев происходит слияние криминальных и религиозных структур. Басаев — фигура именно такого плана.

Ислам, в связи с отсутствием в нем единой иерархической структуры, ясных догматов и доктрин, четких духовных и иных стратегических распоряжений основателя вероучения, порождает внутри себя много разнообразных течений и толкований. В Аравии в ходе борьбы за независимость сформировалось наиболее нетерпимое и экстремистское направление — ваххабизм. В основе его лежит стремление к возврату чистоты ислама (в понимании ваххабитов), враждебность к иноверцам и иным толкованиям ислама, агрессивный прозелитизм, учение о религиозно-политической войне (так называемый джихад).

Можно было бы много сказать об ошибках в Коране и отнюдь несвященных текстах в его содержании, но, желая мира, а не войны, мы хотим сделать акцент на мирном сотрудничестве двух религий, которое уже имело место в истории. Экстремистам Кавказа надо бы выучить ее уроки, вспомнив что даже их «идол» — легендарный имам Шамиль, который в XIX веке более тридцати лет воевал с Российской Империей за независимость Северного Кавказа, в конце жизни очень жалел, что столько времени потратил на войны с русскими, что пролилось столько крови. Будучи дагестанцем, Шамиль часто жаловался на чеченцев. В решающие моменты они ему не помогали, а нередко даже воровали лошадей из его армии. И это в самый разгар войны. Шамиль гордился договором, который в конце концов заключил с Россией (русские обещали дагестанцам, что не будут посягать на их женщин, лошадей и оружие, а дагестанцы поклялись, что будут навеки хранить верность России).

По свидетельству Назимы Ханафи Мухаммед, правнучки легендарного имама Шамиля, которая, кстати, приняла Православие и живет в Эфиопии, такие бандиты, как Басаев не новое явление: «Те, кто называют себя “борцами за свободу”, на самом деле хотят не независимости, не свободы. Они хотят, чтобы никто не мешал им грабить и терроризировать соседей. В этом, кстати, для меня нет ничего удивительного. Еще во времена моего прадеда в Чечне было немало разбойников, от которых стонал весь Кавказ. Шамиль очень не любил этих людей». В своем интервью корреспонденту «Известий» Максиму Юсину она отметила: «Не могу понять, чего хотят те, кто сегодня сражается против России. В составе большого, сильного государства чеченцам будет гораздо лучше жить, гораздо легче защищать свои интересы. Что такое Чечня? Крошечная, бедная республика. А раз так, зачем вообще воевать, зачем проливать кровь? Чечня все равно не сможет существовать самостоятельно. Чечня должна оставаться в составе России. Она не проживет без нее и никогда не сможет стать независимым государством».

На фоне такого свидетельства еще более контрастно выглядит мысленный «флирт» нашей питерской девушки с преступником фашисткого толка. Думается тут виновна и пресса, дающая таким подонкам слово и печатающая их фото. Но все же каждый ответит пред Богом сам за себя, а таких, как Басаев, надеемся, Сам Господь покарает еще в этой жизни, и его гордая сатанинская улыбка превратится либо в покаянный плач, либо, что скорее всего, в скрежет зубов.

(12 сентября 2006 г.)


Читать комментарии ( 1 )

Юрий Максимов (08.11.06 23:39)
Замечательно, что его преподобие отец Кирилл (Зинковский) посвятил статью столь насущной и важной теме. Также я очень рад, что мои труды оказались полезны для написания его статьи. Но меня немного удивило, что при достаточно обильном цитировании моих работ, отец Кирилл не счёл нужным указать их источник. Насколько я знаю, это не в традициях ни науки, ни святоотечского богословия - святые отцы всегда в своих сочинениях указывали, кого они цитируют. Или в журнальном варианте стоят ссылки, но они были убраны в инетрент-публикации? Был бы признателен, если мне это недоумение прояснят.

Прокомментировать статью

Имя:
E-mail:
Комментарий:
Введите текст, который Вы видите на картинке:
защита от роботов