25 января 2020 г.

Новые статьи:

Общество
Дмитрий Волков
Смертный выбор
Семья
Екатерина Терешко
Формы устройства ребёнка в семью
Общество
Вадим Колесниченко
Концепция тотальной украинизации. Анализ
Общество
Александр Каревин
Житие «святого» Иуды
Религия
Виктор ХАЛИН
Плавание по волнам сектантского богословия, или Почему я ушел от протестантов
Религия
Протоиерей Николай СТЕЛЛЕЦКИЙ
Общественная нравственность
Общество
Владимир ГОРЯЧЕВ
Политическое и правовое учение преподобного Иосифа Волоцкого
Общество
Сергей ГРИНЯЕВ, Александр ФОМИН
Иерархия кризисов
 
 
 

Статьи: Государство

Александр Голубев
История империй с точки зрения «этической историософии» (Древний Египет)

Голубев Александр Юрьевич — полковник, сотрудник Центра зарубежной военной информации и коммуникации. Кандидат философских наук

История государств излагается авторами с их историософских позиций. Поэтому «истории» всегда страдают некоторой однобокостью в подходах. Для того, чтобы составить наиболее полную картину о прошлом того или иного государства, необходимо переработать как можно больше разноплановой литературы (не только исторической) по данному вопросу. В своем будущем цикле работ мы предлагаем рассмотреть историю некоторых всемирных империй с точки зрения «этической историософии». Что значит «этическая историософия» в нашем понимании? Определим ее как рассмотрение истории государств, ставящее их взлеты и падения в зависимость от нравственности руководства этих государств и тех моральных норм, которыми руководствуется их население. Следует заметить, что «этическая историософия» в конечном итоге оказывается весьма близкой к христианской, ставящей во главу «исторического угла» проблему борьбы Добра со злом. Однако «этическая историософия», в отличие от христианской, в равной мере «интересуется» всеми государствами, т.е. изучает влияние нравственных правил на могущество в том числе и нехристианских стран.

При чтении заголовка статьи может возникнуть следующий вопрос: почему мы собираемся исследовать только истории империй1?

Во-первых, потому что империя как монархическая форма правления, где ее глава — фигура сакральная, является гораздо более органичным объектом для изучения «этической историософии», чем, скажем, республика с ее президентским «менеджментом».

Во-вторых, в процессе создания империй, государства или государственные образования, входившие в нее, имели разные формы правления, а посему, изучая историю создания империи с «этических» позиций, мы познакомимся и с «этической историей» республик и аристократий, вошедших в нее.

Наконец, в-третьих, именно империи представляют из себя самые мощные и крупные государственные образования, просуществовавшие весьма длительное время, а значит именно на их примере можно наиболее достоверно отследить связь морали и мощи государства.

Начнем «этико-исторический» анализ с Древнего Египта — государства, просуществовавшего несколько тысячелетий и оставившего после себя величественнейшие памятники культуры.

Как единое государство Древний Египет появляется в истории около 3400 г. до н.э. Объединение двух существовавших до того государственных образований осуществил царь Нормер (Менес). С этого времени, по традиции, историки ведут отсчет первой династии и первого исторического периода Древнего Египта— Древнего царства. Оно просуществовало 1000 лет, после чего раздробилось на поместные владения (номы). Столицей Древнего царства был Мемфис.

Примерно через 300 лет смуты и междоусобиц (в 2160 г. до н.э.) к власти пришла XI династия. Это время принято считать началом новой эры в истории Древнего Египта — Средним царством. XI и XII династии были родом из Фив, которые и становятся столицей Египта в это время. Просуществовало Среднее царство до 1788 г. до н.э., после чего опять последовал 200-летний период смуты, владычества завоевателей — гиксосов.

Новое царство, возникшее в 1580 г. до н.э., стало настоящей империей благодаря умелому военному и гражданскому управлению великих фараонов XVIII династии. Эта империя (Новое царство) просуществовала до 1150 г. до н.э., после чего начался период упадка, характеризующийся обычными в таких случаях смутами и захватом страны интервентами.

Что же позволяло власти Древнего Египта осуществлять эффективное управление и что мешало этому и приводило страну в упадок? Для ответа на этот вопрос определимся сначала с формой правления этого государства.

Несомненно, форма государственного правления Древнего Египта может быть определена как абсолютная монархия. Однако эта абсолютная монархия вовсе не означает «абсолютной неограниченности» власти фараона, поскольку весьма серьезное влияние на весь ход дел в государстве оказывали жрецы. По этой причине весьма много зависело от личных качеств фараона. Если он был сильным правителем, то влияние жречества фактически сводилось к минимуму, если нет, то усиливалось, что зачастую вело к тяжелым последствиям. Ограничивали абсолютность власти и некоторые другие факторы, о которых будет написано ниже.

Древнее царство управлялось с помощью громадного бюрократического аппарата. Вся земля в стране принадлежала фараону. Большая часть ее никому не передавалась и считалась царским доменом. Остальная земля даровалась фараоном своим подданным за заслуги. Однако после смерти владельца земля не передавалась по наследству, а возвращалась в царский домен. Поскольку вся земля фактически принадлежала фараону, то за работой крестьян наблюдали чиновники, которые определяли норму поставок (каждый год заново, в зависимости от разлива Нила, а значит и урожая). «Сверх того крестьяне были обязаны трудовой повинностью (“часы”) для строек и других государственных работ. Наиболее известная из этих повинностей — строительство пирамид. О масштабах ее говорит сообщение Геродота (впоследствии подтвержденное исследованиями Ф.Петри), согласно которому на строительстве пирамиды Хеопса непрерывно работали 100 тыс. человек в течение 20 лет. Крестьяне отбывали повинности и для родственников царя и других знатных лиц»2. При колонизации каких-либо земель фараон приказывал переселить на них сельскохозяйственных рабочих для обеспечения ими государственных повинностей.

«Ремесло было в основном сосредоточено в государственных или храмовых мастерских, где рабочие снабжались орудиями и сырьем, а продукцию сдавали на склады. Кораблестроители, плотники, столяры, каменщики, горшечники, ювелиры, рабочие по металлу, ремесленники, занятые выделкой стекла и керамики, — либо работали во дворцовых и храмовых мастерских, либо зависели от них, получая сырье и заказы. Высокоспециализированные ремесленники, имевшие положение свободных наемных рабочих, составляли меньшинство. Ряд важных областей ремесленного производства был монополизирован царскими или храмовыми мастерами. Например, храмы производили папирус — как материал для письма, для циновок, веревок, обуви и для постройки кораблей»3.

Вполне естественно, что для руководства таким огромным хозяйством требовался довольно большой чиновничий аппарат. И действительно, бюрократический аппарат в Древнем царстве был огромен. Однако работал этот аппарат довольно эффективно, и случаи коррупции были довольно редки. Это можно объяснить особенностью чиновничьей службы в Древнем царстве.

Дело в том, что «чиновники, управляющие отдельными областями, не являлись их властителями, подобно феодальным сеньорам. Хотя происходили они большей частью из “знати” и должности нередко передавались от отца к сыну, все же положение чиновника определялось не его происхождением, а милостью царя, т.е. его положением в бюрократической иерархии. Никто не обладал правом управления от рождения. Обычно службу начинали с низших ступеней, а за свою жизнь успешный чиновник многократно переходил из одной области в другую, не приобретая нигде прочных связей»4. Чиновники за время службы не успевали «обрасти круговой порукой», а успешность их деятельности по управлению его собственностью оценивал лично фараон. Он же и оплачивал их труд. При дворе чиновники «жили от стола царя», «в провинции — от отписанных им поставок, пропорциональных их рангу (выделено авт.)»5.

Центральная власть в лице фараона учитывала и тот нюанс, что любому отцу хотелось что-либо оставить своим детям в наследство. Поэтому наделы земли, дарованные фараоном, все же фактически передавались по наследству от отца к сыну, но «вступление наследника во владение каждый раз требовало утверждения центральной власти»6 .

Следует отметить и то, что, при всей зависимости от государства в лице фараона, в Древнем царстве не было рабов, т.е. людей, находящихся в частной собственности.

В общем же надо сказать, что система государственной власти была довольно эффективной, т.к. вполне удовлетворяла повседневным потребностям людей. Однако, как говорилось в начале статье, гораздо важнее для государственной власти удовлетворение не материальных, а духовных потребностей людей, т.к. это обеспечивает долговременную устойчивость государства.

Какими же нравственными правилами руководствовались жители Древнего царства? Стоит обратить внимание на семейные правила: «Дети выказывали величайшее уважение к своим родителям, и в обязанности каждого сына входила забота о поддержании отцовской гробницы»7. О важности семейных уз говорится в текстах, которые находят археологи в гробницах египтян Древнего царства: «Я был любим своим отцом, хвалим матерью, любим своими братьями и сестрами»8.

Безнравственность же строго осуждалась. Так, в поучении мудрого человека юноше говорится: «Остерегайся чужой женщины, которой не знают в ее городе. Не смотри на нее когда она проходит, и не знай ее. Она похожа на омут, пучину которого нельзя измерить. Женщина, чей муж далеко, пишет тебе ежедневно. Если рядом с нею нет свидетеля, она встает и расстилает свои сети. О смертный грех, если кто послушается ее!»9 .

Что касается других добродетелей простых египтян, то вывод о некоторых из них можно сделать из следующей надписи в его мастабе (могиле): «Ни разу со дня моего рождения не был я бит в присутствии какого бы то ни было чиновника; ни разу не отнимал я ни у кого насильно его собственности; я делал то, что нравилось людям»10 . Конечно, все эти признания и поучения не являются документальным подтверждением высоких нравственных качеств всех египтян Древнего царства, но они ясно показывают их нравственные идеалы.

Не менее важны для характеристики этических качеств власти нравственные и «деловые» идеалы, которыми руководствуются правители (особенно, если они обожествлены, как фараон в Древнем Египте). Какими же нормами поведения руководствовались фараоны и руководители Древнего царства, стоящие на более низких ступенях иерархии? В Древнем царстве фараон занимался множеством дел и был одним из самых занятых людей в Египте. Он вовсе «не вел жизнь расточительного деспота, какую иы нередко встречаем при мамлюках в мусульманском Египте. По крайней мере в эпоху IV династии он, еще будучи принцем, занимал трудные должности по надзору за работами в каменоломнях и копях или же помогал отцу, исполняя должность визиря или первого министра, причем он приобретал еще до своего вступления на престол драгоценный опыт в делах управления. Он был образованным и просвещенным монархом, умевшим читать и писать и нередко бравшимся за перо, чтобы составить благодарственное или поощрительное письмо какому-нибудь заслуженному государственному чиновнику. Он постоянно принимал своих министров и инженеров для обсуждения потребностей страны, в особенности сохранения запасов воды и расширения оросительной системы. Главный инженер присылал фараону планы устройства царских поместий… Он прочитывал много утомительных свитков государственных бумаг и диктовал депеши начальникам работ на Синайском полуострове, в Нубии и Пунте, на южном берегу Красного моря. Заявления тяжущихся наследников проходили через его руки и, вероятно, не всегда из одной только рутины прочитывались его секретарем. По окончании занятий в царских канцеляриях монарх отправлялся на носилках в сопровождении визиря и свиты осматривать свои постройки и общественные работы, и его рука давала себя чувствовать во всех важнейших делах страны»11 . И это перечень далеко не всех дел, которыми занимался фараон. Ведь была еще и оборона Египта, которой приходилось заниматься весьма часто, поскольку кочевые племена никогда не оставляли в покое богатую страну.

Поскольку фараон являлся олицетворением государства и занимался практически всеми его делами, то и служба ему полностью ассоциировалась со службой стране, а высокие нравственные идеалы, которыми он руководствовался, являлись ориентиром и для его подданных. Об этом говорят надписи, найденные в мастабах египетских чиновников. «Я построил эту гробницу из законного достояния и никогда не брал я ничего, что принадлежало другому… Никогда не производил я насилия над кем бы то ни было»12 . При этом чиновники ссылаются далеко не только на одни отрицательные добродетели: «Я давал хлеба голодающим на Горе Рогатой Змеи (область, которой он управлял); я одевал того, кто был нагим… Я никогда не угнетал никого, кто владел собственностью, так чтобы он жаловался на меня за это богу моего города; никогда не было никого, кто бы опасался сильнейшего, чем он, так чтобы он жаловался на это богу»13.

Как видим, нравственные идеалы, вдохновлявшие свершения египтян Древнего царства, были очень высоки. Это, в первую очередь, объясняется особенностями религии в то время. Как и для большинства религий, поведение ее приверженцев диктуется посмертным воздаянием, т.е. тем, за какие поступки в потустороннем мире душа человека будет наказана, а за какие приобретет вечное блаженство. Согласно верованиям египтян Древнего царства, чтобы душе мертвого попасть на поля блаженства царства мертвых, ей необходимо было переплыть воду, окружающую их. Перевозчик же принимал к себе в лодку тех, о которых было сказано: «Не существует зла, которое бы он сделал» или «праведный перед небом и землей и перед островом» (пирамида Пиопи I, 400; Мернера, 570)»14. И хотя душа умершего попадала на остров скорее благодаря обрядовой, нежели моральной чистоте, все же нравственная сторона имела существенное значение. И еще одна сторона религии в Древнем царстве имеет для нас серьезное значение: там не поклонялись зверям. Т.е. религия Древнего царства была «более высокого уровня», нежели в более поздних царствах.

Каковы же были причины падения столь мощного государства? Как это не покажется странным — в некоторой излишней децентрализации власти: в номах правитель распоряжался всем, т.е. был главой всех органов данного нома. Фактически номы были небольшими государствами в государстве. Поскольку же центральное правительство не располагало никакой единообразной и сплоченной военной организацией, то каждый правитель нома имел как бы свое милицейское войско.

Случилось то, что и должно было случиться: «В эпоху VI династии (2625–2475 гг. до н.э.) поместные губернаторы, которые выполняли административные функции и уже во времена V династии (2750– 2625 гг. до н.э.) приобрели наследственные права на свою должность, перестали быть простыми чиновниками короны и утвердились в качестве баронов и князей. Этим они подготовили феодальный период»15. Так закончилась история Древнего царства — самая продолжительная из историй трех царств. Она явилась первой страницей в истории египетской империи, и именно она заложила основы ее будущего могущества.

После 300 лет смуты XI династия фараонов сумела восстановить центральную власть в Египте. Однако вернуться к прежней «абсолютной» системе управления уже не удалось. Отнять всю власть у владетелей номов без большого кровопролития было невозможно. Поэтому фараон сумел довершить «покорение страны и ее реорганизацию лишь путем искусного привлечения на свою сторону тех знатных фамилий, которые он мог заполучить посредством милостей и щедрых обещаний»16. Конечно, у фараона оставался мощный рычаг воздействия на непокорных — система утверждения властителей номов, куда он пытался назначать только преданных династии людей (к тому же у него в Среднем царстве уже появляется регулярная армия), но никто не мог гарантировать «вечной лояльности» номархов. Д.Брестед и Б.Тураев считают, что египетское Среднее царство «могло существовать только до тех пор, пока был сильный человек … во дворце в Иттауи; малейший признак слабости имел бы следствием его быстрое разложение»17. Однако Среднее царство знало всяких правителей: и сильных, и откровенно слабых. Просуществовало же оно более 300 лет. Так что говорить о личных качествах фараона, как о том единственном, что могло удержать Египет от распада, неправомерно. Все-таки очень серьезное влияние на чиновников Среднего царства все еще оказывали нравственные правила, унаследованные ими от Древнего. И это, в первую очередь, касалось фигуры фараона.

Какие же наставления о службе ему давали знатные вельможи Древнего царства своим детям? Вот какие надписи можно встретить на могильных плитах этих вельмож в это время: «Сражайтесь за его имя, оправдывайтесь, клянитесь, и у вас не будет забот. Любимец царя благословен, но нет могилы для человека, враждебного его величеству: тело его будет брошено в воду»18.

Не менее жесткие нравственные правила действовали и в отношении номарха к людям своего нома. Об этом также свидетельствуют «исповедальные» надписи на могильных плитах чиновников: «Не было ни одной дочери гражданина, с которой я поступил бы дурно, не было ни одной вдовы, которую я бы угнетал; не было ни одного крестьянина, которого я бы оттолкнул; не было ни одного пастуха, которого я бы прогнал; не было ни одного надсмотрщика над крепостными земледельцами, чьих людей я бы взял за (неуплаченные) подати; не было ни одного несчастного в моей области; не было ни одного голодного в мое время. Когда наступили голодные года, я вспахал все поля Антилопьего нома, вплоть до южного и северного рубежа, сохранив все население живым и доставлял ему пропитание, так что не было ни одного голодного. Я давал вдове так же, как и имевшей мужа. Ни в чем, что я давал, я не возвышал великого над малым. Затем наступили (года) обильного Нила, богатые зерном и всякими вещами, но я не собирал недоимок с полей»19.

Высокие нравственные идеалы поддерживались благодаря религии, получившей в Среднем царстве свое дальнейшее развитие. Согласно этим верованиям, умерший представал перед Осирисом, восседавшем на престоле, и сорока двумя божествами номов Египта. Перед каждым из сорока двух богов он заявлял о своей невиновности в различных грехах. Своеобразным «детектором лжи» служило сердце покойного, которое во время ответов взвешивалось на весах, на другой чаше которых находилось перо — символ истины. Сорок два (опять же по количеству номов) греха, за которые мертвого съедало чудовище (смесь крокодила, льва и гиппопотама), могут быть сведены к следующим: «убийство, воровство, в особенности ограбление меньшей братии, ложь, обман, лжесвидетельство и клевета, оскорбление, половая распущенность, разврат, супружеская измена и кощунство против богов или умерших, как-то хула или похищение погребальных приношений»20.

Фигура Осириса в этом суде над мертвыми примечательна тем, что в мифах Среднего царства он считался первым правителем Египта, фактически создавшим государство. Он был образцом, «отцом для своих подданных, он научил их покланяться богам, возводить храмы и вести праведную жизнь. Рука человека больше не поднималась на своего ближнего. В дни правления бога Осириса на земле Египта установилось всеобщее процветание»21.

Однако вместе с высокими нравственными качествами, которые воспитывались у адептов подобными религиозными воззрениями, уже видны и симптомы болезни, ранее разрушившей Древнее царство. Ведь хотя мертвец и «исповедуется» прежде всего перед Осирисом (общим богом всего Египта), но основную ответственность он несет перед божеством своего нома, поскольку «старые племенные боги продолжали занимать верховное положение в своих номах»22. Т.о. интересы нома приобретают для него гораздо более важное значение, чем интересы всего государства. Мало того, потомственные номархи, после падения очередной династии, начинают претендовать на царский трон. Все это вполне закономерно привело к очередной смуте и падению Среднего царства.

Этот период смуты между Средним и Новым царством был ознаменован одним примечательным событием — завоеванием Египта гиксосами. В процессе оккупации и борьбы с ними «египтяне впервые познакомились с наступательной войной и ввели у себя хорошо организованную военную систему, включавшую колесницы»23. Эти знания и умения позволили им в период Нового царства создать великую империю. Кстати, и окончание смуты было положено именно благодаря армии, которая к тому времени была окончательно подчинена фараону. «Располагая такой силой, он правил самодержавно, некому было оказывать и тени сопротивления…»24.

Система самодержавного правления Нового царства фактически осталась без изменения по сравнению с Древним и Средним царствами. По-прежнему оставался высок статус судей, которые до гибели египетской империи являли собой высокий идеал служения отечеству. Они по-прежнему не делали различия между богатыми и бедными, «и те из них, кто, принимая взятки или проявляя необъективность, пятнал свою честь, подвергались строгому наказанию. Судебные заседания проходили каждый день, и писцы тщательно записывали все показания. При обсуждении дел судьи всегда обращались к своду законов, записанных на сорока свитках, а все решения заверяли судебные исполнители. Царь хвастал не только своими победами, одержанными в иноземных кампаниях; он также хотел, чтобы его помнили как “основателя закона”. Когда к нему как к верховному судье обращались с какой-то аппеляцией, он отвечал, что закон одинаков для всех»25 .

Однако нельзя сказать, что такое положение сохранялось всегда. Очень многое зависело от личности фараона. Так, во времена религиозного реформатора Эхнатона судебная система стала давать серьезные сбои. Следующим императорам пришлось весьма серьезно потрудиться, чтобы искоренить эти злоупотребления.

В связи с созданием империи и захватом новых территорий, необходимо осветить один момент, касающийся организации власти, а именно — отношение фараонов к покоренным городам и с правителями покоренных государств. Ведь спокойствие империи зависит, прежде всего, от спокойствия на ее «инородных» окраинах.

Конечно, армия фараона подвергала разграблению захваченные страны и города, но к их жителям фараон относился «с крайней снисходительностью. Страшные опустошения целых городов, подобные тем, которыми хвастаются ассирийские цари, сообщая о своем обращении с мятежниками, нигде не упоминаются в анналах фараонов»26.

Фараоны заботились и о воспитании правителей покоренных государств. Все эти правители обучались в Египте и всем им прививалась египетская культура. Тем более, что постепенно память о временах независимости уходила в небытие и все они «могли себя представить не иначе как вассалами Египта»27. Тем более, что в ту эпоху, «когда сила являлась единственным прибежищем, такое положение в конце концов казалось им вполне нормальным порядком вещей и не было лишено своих выгод, так как избавляло их от всяких опасений относительно нападений извне»28 . Это подтверждают многочисленные письма, подобные тому, которое написал князь Акиззи из Катны Аменхотепу: «Мой владыка, здесь я, твой слуга. Я следую по пути моего владыки и моего владыки не покидаю. С тех пор как мои отцы стали твоими слугами, эта страна стала твоей страной, город Катна — твоим городом, и я принадлежу моему владыке. Мой владыка, когда приходили войска и колесницы моего владыки, еда, питье, скот, овцы, мед и масло приносили для войск и колесниц моего царя»29.

Все местные князья оповещают двор о малейших признаках враждебности к нему со стороны соплеменников и даже усмиряют их. «По всей стране в наиболее крупных городах находятся египетские гарнизоны, состоящие из пехоты и колесниц. Но они уже больше не вербуются из одних только коренных египтян (выделено авт.), но в значительной мере также из нубийцев и шерденов, кочевых разбойничьих отрядов морских пиратов, быть может предков позднейших сардинцев»30. Эти отряды подчинялись непосредственно фараону, но находились на иждивении местных правителей.

Вместе с тем вся историю Нового царства представляет собой историю постепенного падения империи, связанную в первую очередь с «падением» религии, а значит и нравственности. Язычество не могло дать достаточной мотивации для положительной деятельности всем нациям многонациональной империи. Те замечательные гимны, которые складывали фараоны Тутмос и Эхнатон в честь верховных божеств Амона и Атона, при всей своей нравственной высоте, не смогли возвыситься «заметным образом от идеи благости бога к идее справедливости и требования им этой последней от людей»31. Можно сказать, что языческая религия, сделав все, что могла для укрепления сначала египетского государства, а затем и египетской империи, не могла более играть ведущую роль в его жизни, став реакционной силой в руках жречества и послужившей основной силой в деле падения государства. На этом моменте, в свете постоянно повторяющихся попыток возродить «национальное» язычество в России, стоит остановиться подробнее.

В отрицательной роли египетского язычества были как объективные, так и субъективные моменты. К объективным следует отнести «ограниченность» его как такового и привнесение в египетское язычество элементов языческих культов покоренных египтянами народов. «Ограниченность» язычества объясняется тем, что в нем в основном обожествляются силы природы. Какие-то крупицы трансцендентной истины буквально «тонут» в этом «природном океане». Поэтому, «вступая в общение с богами анимистически-политеистического периода, человек принужден был воздавать не иной культ, как тот, какого они требовали. Без этого культа они и не допустили бы его в общение с собой. А требование божеств, олицетворявших генитальные силы природы, и разрушительные до бессмысленности силы вулканизма, бурь, наводнений и т.д., — требования таких божеств были так же развратны и беспощадно жестоки, как сами они. И потому-то, даже тоскуя об ином, благом Боге, о котором жило смутное предание и о котором говорило сердце человека, — люди под давлением культа сил природы выращивали мрачное средостение между собой и этим Богом. Боги природы скрывали собою и величие Божие, и Его любовь, и все Его благое существо, рождали и укрепляли мысль о том, что высшие силы мира не имеют ничего общего с нравственными чувствами человека. Это сознание развращало человека»32.

Элемент нравственности, который пытались внести в египетскую религию некоторые фараоны, постепенно из нее ушел. Вместо стремления к высшему нравственному существу египетское язычество призывало к «растворению» в Ра. Вот какое вероучение предлагалось египтянам в Новом царстве: «Звери, солнечный диск, различные части земли — суть лишь рождения или персонификации всеобщего бытия, в котором царственный покойник (над которым читалась литания) должен быть в конце концов совершенно поглощен, настолько, что увидит свою личность исчезнувшей в личности Ра»33. Но это значит, что личности нет ни в человеке, ни в Ра, поскольку нет связи двух отдельных индивидуальностей.

На верования египтян Нового царства самое серьезное влияние оказал и тот образ жизни, который они стали вести. «Вся нация прониклась духом комфорта и процветания… Египет XVIII династии поражает восточной роскошью. Люди облачены в яркие одежды, на них богатые украшения, роскошные дома богачей наполнены музыкой, песнями и звоном винных чаш»34. Роскошь вела к праздности и деградации всего египетского общества. «Стало почти невозможно набрать в Египте большую армию. Полюбившие удовольствия граждане предпочитали возбуждение охоты опасностям поля боя и развлечения скуке гарнизонной жизни и изнурительным маршам во время зарубежных кампаний. Поэтому для поддержания боеспособной регулярной армии приходилось прибегать к услугам “солдат удачи”… Иностранный легион в египетской армии был признан самым лучшим. Однако его преданность зависела от состояния имперской казны, в конце концов он начал представлять угрозу»35.

Но самое страшное было то, что египтяне начали себе искать для поклонения соответствующих их образу жизни богов. Жречеством была разработана целая система магических заклинаний и амулетов, позволявшая богатым и распущенным египтянам попадать в рай. Поскольку же рай богатым был гарантирован, независимо от их поведения на земле, то египтяне Нового царства вообще переставали заниматься хоть чем-нибудь кроме развлечений.

К субъективным моментам язычества, приведшим к падению египетской империи, следует отнести отрицательную роль жречества, которое все более «подминало» под себя государственную власть. Жречеством была разработана и довольно успешно внедрялась в жизнь теория, согласно которой государство должно было рассматриваться «как преимущественно религиозное установление, долженствующее восхвалять и почитать богов в лице своего главы — фараона»36. Естественно, что на реализацию этой «основной государственной функции» бросалось все больше и больше государственных средств. Жрецы стали самым богатым сословием в Египте. В конце концов, благодаря своему богатству, они смогли подчинить своей власти и фараона. Это самым печальным образом сказалось на государстве, поскольку жреческое сословие в те времена было озабочено исключительно своим благосостоянием, а вовсе не проблемами религии и морали у египтян.

И еще один момент серьезно ослаблял власть фараона, а значит и государство в целом — «десакрализация» личности фараона. «Божественный фараон постоянно изображается в сфере человеческих отношений, события царского дома становятся общественным достоянием, имя царицы, хотя и не царской крови, постоянно появляется в официальных документах рядом с именем фараона. Постоянные сношения с народами Азии постепенно заставляют царя снизойти со своего древнего сверхчеловеческого положения, приемлемого только в Нильской долине, к менее провинциальным и более современным отношениям со своими соседями в Вавилонии и Митании, называющими его в своих письмах “братом”. Охотившийся на львов и травивший диких быков фараон, поистине, далек от богоподобной и недосягаемой неподвижности своих божественных предков»37. В итоге египетская империя, несмотря на предпринимавшиеся попытки реанимировать «древние нравы», пала.

В качестве общего вывода можно сказать, что Египет, а потом и египетская империя были сильны, пока, прежде всего, сохраняло свой положительный этический потенциал язычество. После того, как египтяне стали поклоняться исключительно чувственным богам, произошло падение нравов, приведшее к крушению империи. Любопытно отметить и такой важный момент: крушение империи произошло не во время наибольших «материальных» бедствований египтян, а наоборот— во время материального благоденствия, что подтверждает, по крайней мере на примере Древнего Египта, тезис о первичности духовного над материальным для государства и государственной власти. В дальнейшем мы покажем, что этот принцип будет постоянно доказываться и историей других империй.

1 Под империей будем понимать многонациональное государство, объединенное под абсолютной властью монарха (императора).

2 Шафаревич И.Р. Социализм как явление мировой истории. М., 2003. С. 235.

3 Там же. С. 236.

4 Там же С. 237–238.

5 Там же. С. 237.

6 Там же. С. 239.

7 Брестед Д., Тураев Б. История Древнего Египта. Т. I. Мн., 2002. С. 86.

8 Там же.

9 Там же. С. 87.

10 Там же. С. 65.

11 Там же. С. 76–77.

12 Там же. С. 65.

13 Там же.

14 Там же.

15 Там же. С. 16.

16 Там же. С. 154.

17 Там же. С. 155–156.

18 Там же. С. 164–165.

19 Там же. С. 158.

20 Там же. С. 172.

21 Египетская мифология: Энциклопедия. — М., 2002. С. 56.

22 Там же. С. 135.

23 Брестед Д., Тураев Б. История Древнего Египта. Т. I. Мн., 2002. С. 18.

24 Там же. С. 227.

25 Египетская мифология: Энциклопедия. — М., 2002. С. 339–340.

26 Брестед Д., Тураев Б. История Древнего Египта. Т. I. Мн., 2002. С. 282.

27 Там же. С. 326.

28 Там же. С. 326.

29 Там же. С. 327.

30 Там же. С. 327–328.

31 Там же. С. 366.

32 Тихомиров Л.А. Религиозно-философские основы истории. М., 1997. С.64–65.

33 Там же. С. 91.

34 Брестед Д., Тураев Б. История Древнего Египта. Т. I. Мн., 2002. С. 336.

35 Там же. С. 340.

36 Брестед Д., Тураев Б. История Древнего Египта. Т. II. Мн., 2002. С. 57.

37 Брестед Д., Тураев Б. История Древнего Египта. Т. I. Мн., 2002. С. 342–343.

(30 ноября 2006 г.)


Прокомментировать статью

Имя:
E-mail:
Комментарий:
Введите текст, который Вы видите на картинке:
защита от роботов