25 января 2020 г.

Новые статьи:

Общество
Дмитрий Волков
Смертный выбор
Семья
Екатерина Терешко
Формы устройства ребёнка в семью
Общество
Вадим Колесниченко
Концепция тотальной украинизации. Анализ
Общество
Александр Каревин
Житие «святого» Иуды
Религия
Виктор ХАЛИН
Плавание по волнам сектантского богословия, или Почему я ушел от протестантов
Религия
Протоиерей Николай СТЕЛЛЕЦКИЙ
Общественная нравственность
Общество
Владимир ГОРЯЧЕВ
Политическое и правовое учение преподобного Иосифа Волоцкого
Общество
Сергей ГРИНЯЕВ, Александр ФОМИН
Иерархия кризисов
 
 
 

Статьи: Государство

Михаил Смолин
Православие или «украинство»

Тема «Украйны» и «украинства» становится все более обсуждаемой в нашей печатной прессе и в интернете. Мне кажется, это хороший признак того, что русские начинают осознавать степень опасности своего положения разделенной нации и пытаются преодолеть его через исследование причин самого национального раскола.

После опубликования статьи «Русский мир и “украинский” миф» мною было получено немало откликов на нее. Один из них с весьма резкой оценкой моей статьи перерос в небольшую переписку.

Мне кажется важным ее напечатать в силу распространенности той позиции, которая была изложена моей оппоненткой. Первое письмо пришло на мой email, и в теме отправления было озаглавлено как «Украина — не “Украйна”!!!»

Вот текст этого письма:

Уважаемый Михаил!

Ваша статья «Русский мир и “украинский” миф» — глубоко оскорбительна и недопустима! Слаживается впечатление, что вы очень осознанно-пошло и грубо указываете на некоторое моменты в отношениях двух независимых государств пальцем, хотя можно и промолчать...

Далее цитата: «“Украинство” — это провинциальное западничество, для которого Запад олицетворяется прежде всего в польской культуре, католической церкви и немецкой государственности».

— В польской культуре? Это для кого конкретно, позвольте узнать??? Вы всю Украину измеряете Львовским регионом?!.. «...католической церкви» — Украина — ПРАВОСЛАВНОЕ государство, а то, что у нас президент продался — не показатель. Как вам не стыдно, неужели вы не знаете, как мы боремся с филаретовщиной, как тяжело жить с этой «язвой»! И вы еще подливаете огонь между русскими и украинцами?! Позор вам! Из-за таких, как вы, многие украинцы поддерживают прозападнически настроенных политиков! Из-за таких, как вы, от православия отворачиваются в Украине и идут к Филарету!

«...немецкой государственности», — уж простите, не русскому об этом говорить.

Когда у нас в регионе поднимался вопрос о том, чтобы Донецк и Луганск «присоединились» к России — первая была бы «за». Но с прочтением статьи вдруг начинаю понимать, что для России мы, украинцы — «окраинцы», «братья меньшие», «жалкие провинциалы» и язык наш, мелодичный и прекрасный (хотя для меня русский родной) — малоросский...!!?!!

Но есть у меня надежда, что вы — не вся Россия.Очень большая надежда и вера. Позор вам и вашему «творчеству»!

Уважаемая Марина!

Начну с того, что поблагодарю Вас за то, что начали свое письмо со слова «уважаемый». Думаю, что в спорах между людьми надо сохранять по возможности бесстрастность, то есть блюсти светские приличия общения.

Теперь о сути письма.

Во избежание недопонимания или умышленного искажения сути нашей статьи считаю необходимым разъяснить смысл некоторых понятий, встречающихся в этой работе, в которые автор вкладывает совершенно определенное содержание. Так, слово «украинцы» относится не к тем людям, у которых по прихоти советской, а затем самостийной власти это слово записано в паспорте как национальность, а к тем профессиональным деятелям «украинского» сепаратизма, которые хотят расколоть русское единство. Поэтому не принадлежащих к «профессионалам раскола» я называю историческими именами— малороссами, южнорусами, южнорусским населением, русскими, что соответствует реальному историческому положению дел и к которым критические замечания в адрес «украинцев» не имеют никакого отношения. Южнорусское, малорусское, русское население является жертвой «украинского» фанатизма и русофобии.

Теперь о том, что «можно и промолчать». Думаю, что в нашей жизни есть несколько вопросов, оставление которых безответными можно смело расценивать как предательство. Это своего рода «умывание рук» по Пилату, отдавшего своим «промолчанием» страха ради «иудейского» Господа на Крестные Страдания. (Кстати сказать, по Преданию Православной Церкви Пилат покончил жизнь самоубийством — он не выдержал угрызений совести за свое «промолчание».)

Вместо честных и порою нелицеприятных ответов на жестокие вопросы, которые поставлены перед нами жизнью, Вами предлагается молчание. Может ли себе позволить подобное молчание человек православный, видящий ужасающее нестроение в Православном мире, в котором «украинство» как идеология сыграло и продолжает играть не последнюю роль?

Уважаемая Марина, у меня нет в душе столь податливой на уговоры или, сказать иначе, «ручной» совести, чтобы (будучи кандидатом исторических наук, составителем пяти книг по проблемам Юго-Западной Руси и автором десятков статей по этой тематике), молчаливо смотреть на широкомасштабную «украинизацию» сорока миллионов моих единоверцев и единокровцев.

Для меня олицетворение «украинства» — это следующие шевченковские слова:

Церков-домовина

Розвалиться... i з-пiд неї

Встане Україна.

Думаю, что несмотря на то, что родным для Вас является русский литературный язык, Вы сможете понять весь ужасающий смысл, который вложил в эти строки пророк «украинства».

Такая постановка вопроса выводит нас на главную дилемму «украинства», которую можно сформулировать так: либо Православие, либо «Украйна»; либо южнорусское население сохранит Православие, либо станет «украинцами». Либо жизнь в Православии, либо духовная смерть в «украинстве».

Я спрашиваю Вас, можно ли оставаться последовательницей заповедей Христа, каковой Вы себя называете, и исповедовать следующие заповеди «украинские», которые учит сегодня вся отрубная «Украйна»:

Як понесе з України

У синєє море

Кров ворожу... отойді я

І лани, і гори —

Все покину і полину

До самого Бога

Молитися... а до того

Я не знаю Бога.

(Шевченко. «Заповіт», 1845)

Можно ли быть со Христом и одновременно с антихристами? Можно ли быть православной и призывать к молчанию, когда единство Православной Церкви, единство русского мира и русской культуры пытаются уничтожить самозваные богоборцы?

Вы пишете, что «Украина — ПРАВОСЛАВНОЕ государство». Но трагедия-то Южной Руси как раз в том и заключается, что при подавляющем большинстве православного населения государство «Украйна» ведет антиправославную и антирусскую политику. Все сознательные «украинцы» хотят из униатской и нескольких неканонических православных объединений сотворить «Единую Украинскую Православную Церковь», заместив ею Русскую Православную Церковь. В чем заключается православность «Украйны»? Может быть, в том, что национальным героем этого «православного» государства является анафематствованный Православной Церковью Мазепа? Или, может быть, тем, что оно, мягко скажем попустительствовало захвату многих сотен православных церквей униатами и раскольниками? А может, тем, что пригласило Римского папу посмотреть на «Украйну»? Если Вам покажется мало вопросов, я готов продолжить их до бесконечности…

Очень хорошо, что Вы понимаете всю опасность филаретовского раскола, что Вам тяжело жить с этой «язвой», но разве она не плоть от плоти «украинства»? Разве не желание самостийно властвовать заставило филаретовцев порвать связь с Церковью и общерусским миром?

Неужели у Вас не рождается простейшей ассоциации между филаретовцами в отношении к единству Православной Церкви и «профессиональными украинцами» в отношении к единству русского народа?

Я советую Вам от чистого сердца не повторять тех глупостей, которые так сильно распространены сейчас на юге и юго-западе Православного русского мира. Никто в России не называет южнорусское население, как Вы об этом пишете, «окраинцы», «братья меньшие», «жалкие провинциалы».

Вы не младшие в нашем мире, Вы такие же русские, как и мы. Вас обманули и обокрали ваши щирые «украинцы», именно они хотят воспитать в вас глупый в своей гордости провинционализм. В моей же статье нет тех эпитетов в адрес сорокамиллионного южнорусского населения, которые Вы мне приписываете.

История не знает никаких «украинцев». Кто такие «украинцы»? Люди, произошедшие от неких «укров», люди живущие у «рая» (как об этом писал ваш бывший президент Кучма)?

И никаким «Львовским регионом» я не измеряю всю «Украйну».

Галичина, Буковина и Угорская Русь, или по-другому, Прикарпатская Русь лишь при советской и «оранжевой» власти стали идеалом «украинства».

До этого она несколько веков боролась за русское имя и свою русскую веру. Прочтите о русском возрождении в Галиции XIX — начала XX века, хотя бы в «Талергофском альманахе», выходившем во Львове, или в изданной мной книге «Русская Галиция и “мазепинство”». Вы узнаете о том море крови, которую пролили русские галичане, буковинцы и угро-русы за русское имя и Православие в концлагерях Австро-Венгрии и затем под ярмом возрожденной Польши. Еще в XX столетии простые галицкие мужики, когда к ним обращались, как к «украинцам», отвечали, что они ничего не украли.

Церковь, к которой Вы принадлежите, почитает святыми тысячи и тысячи русских («москалей» ли, «хохлов» ли по территориальному своему рождению — абсолютно не важно), греков, грузин, сирийцев, египтян, евреев, сербов, болгар, румын, французов, китайцев и праведников прочих народов. Но в этом сонме Вы не найдете ни одного «украинца», как не найдете ни одного «гэдээровца», ни одного «хорвата», ни одного «советского». И не нужно здесь использовать действительно пошлый прием «украинской историографии», когда в «украинцы» записывают всех людей начиная чуть ли не от Адама и вплоть до начала XXI столетия, из тех, кто родился в границах Украинской Советской Социалистической Республики.

Слово «украинцы» в смысле принадлежности к «украинскому народу» появляется (да и то только в кругу поляков и их малорусских учеников) не ранее XIX столетия. Конечно, для поляков Вы «украинцы» из польской Украйны. Гордиться этим можно только при глубокой исторической амнезии, которой большинство из нас подверглось в советские времена. Вы же, наши дорогие единоверцы, на «Украйне» прошли и продолжаете проходить особо изощренную идеологическую обработку и со стороны коммунистов, и со стороны деятелей «украинства».

И это, дорогая Марина, не «некоторое моменты в отношениях двух независимых государств», на которые я, по-Вашему, «очень осознанно-пошло и грубо» указываю. (Кстати, замечу Вам не в качестве укора, а в качестве констатации печального последствия гонения на русский язык на «Украйне», что в русском языке словосочетание «очень осознанно» так же неправильно и бессмысленно, как «очень беременна» или «очень сделано».) Если для Вас «моментами» называются важнейшие для православного человека ценности, то выбор между «украинством» и Православием Вами пока делается не в пользу последнего.

Неужели у Вас никогда не возникал вопрос: где же среди святых Православной Церкви деятели «украинства»? Укажите мне среди «героев украинцев», сегодня пропагандируемых «украинским государством», защитников Православия, святых, прославленных Церковью?

Вы можете сказать, что они занимались политикой ради «великой» идеи освобождения от «москалей» незалежной и отрубной соборной «Украйны». Но ведь среди православных святых немало и политических деятелей, начиная с первых христианских мучеников, бывших государственными деятелями еще при языческих императорах, и кончая Святыми Новомучениками, немалая часть которых была черносотенцами, к которым принадлежал Св. Прав. Иоанн Кронштадский и Святитель Владимир, митрополит Киевский и Галицкий, убитый в Киеве, и Св. Патриарх Тихон, и десятки, если не сотни других.

Было бы интересно узнать, кто Вам ближе: вышеперечисленные «москали» из святок Русской Православной Церкви или «славные украинцы» наподобие богоборца Шевченко, анафематствованного предателя Мазепы и масона Грушевского из современного пантеона «украинства»?

Ваше письмо еще раз убеждает меня в той мысли, что развенчание мифа «украинства» есть миссионерское служение не только исторической правде, но и защита Православной Церкви от безумства богоборцев. Хотя бы потому, что из Православия уходят не в униатство или к Филарету, а в «украинское богоборчество».

Если же мои «москальские речи» Вас не убеждают и раздражают, то перечитайте тогда хитрых и практичных католиков, и они Вам расскажут жестокую правду об «украинстве»:

«Украинцы являются только орудием в руках Провидения, чтобы вырвать христианский Восток из клещей ереси (имеется в виду Православие. — М.С.), чтобы водворить его в лоно Апостольского престола и включить в европейское общество» (Слова униатского митрополита Андрея Шептицкого из книги Юлии Прайс «Кшиве литеры». Варшава, 1960).

Хочется вслед за великим Николаем Гоголем повторить: «Поблагодарите Бога прежде всего за то, что вы русский. Для русского теперь открывается этот путь, и этот путь есть сама Россия. Если только возлюбит русский Россию, возлюбит и все, что ни есть в России. К этой любви нас ведет теперь Сам Бог… А не полюбивши России, не полюбить вам своих братьев, не возгоревшись любовью к Богу, не спастись вам» (Николай Гоголь. Нужно любить Россию (Из письма к графу А.П. Толстому, 1844 год).

И в заключение хочу привести высказывания уже церковного авторитета преподобного Лаврентия (Проскура) Черниговского (1868–1950), прославленного Украинской Православной Церковью Московского Патриархата в 1993 году, который говорил: «Помните, наши родные слова — Русь и русский. И обязательно нужно знать, помнить и не забывать, что было крещение Руси, а не крещение Украины. Киев — это второй Иерусалим и мать русских городов. Киевская Русь была вместе с великой Россией. Киев без великой России и в отдельности от России немыслим ни в каком и ни в коем случае.

Поляков понуждали завоевывать Русь. Православных теснили и притесняли со всех сторон. Очень не нравились слова: Русь и русский, поэтому назвали завоеванные поляками русские земли сначала Малороссией. Потом опомнились, что здесь есть слово “рос”, и перезвали Окраиной. Слово “окраина” — это позорное и унизительное слово! — Какая окраина?! Чего и почему окраина, когда за этой мнимой окраиной находятся другие страны и государства?! И позже узаконили нам слова “Украина” и “украинцы”, чтобы мы охотно забыли свое название “русский” и навсегда оторвались от святой и православной Руси».

Если уж мнение Святого Православной Церкви, в которой Вы состоите, не переменит Ваши мысли, то, значит, «украинство» победило в Вас веру Православную. А это уже дополнительный довод, чтобы смотреть на «украинство» как на антиправославное дело.

Переписка продолжилась. Считаю, что затронутые Мариной вопросы и ее непонимание или нежелание понимать суть обсуждаемой проблемы «украинства» чрезвычайно распространены в постсоветской «Украйне», в которой представления об истории Южной Руси что в советские, что в самостийные времена были жесточайшим образом мифологизированы и просто извращены. И при таком тяжелом и запущенном положении дел задачей всех честных православных людей становится миссия по выяснению исторической истины. В противном случае «украинство» победит православный дух Южной Руси, и мы столкнемся, как и сербы, с новыми хорватами — «украинцами», которые либо сменят веру, либо будут себя считать православными, но будут состоять в расколе не только с Русской Православной Церковью, но со всей полнотой Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви.

Михаил, доброе время суток!

Прежде всего, хочу поблагодарить вас за ответ. Но не могу согласиться с тем, что в вашем понимании бесстрастность и светские приличия — одно и то же.

С первых строк вашего письма приходит ощущение, что разговариваем мы на разных языках, к сожалению. Не буду углубляться, но нельзя говорить об Украине, украинцах, украинском — не живя в стране ни в советское время, ни со времен самостійності! Небольшое отступление... в детском саду, на вопрос воспитателя о названии нашей славной столицы я, с детской непосредственностью, сказала: Киев! Ну не мог ребенок понять, что живя, пусть в республике, в Украине — столица Москва. Понимаете? Добавлю, что никаких СОВЕРШЕННО разговоров на эту тему в семейном кругу не велось. Также вами искаженно «услышан» смысл мною вложенной фразы о «промолчать», но об этом ниже.

Вы так много написали о профессиональных деятелях украинского сепаратизма, которые хотят расколоть русское единство, но позвольте, я говорю о двух независимых, славянских, братских, ПРАВОСЛАВНЫХ народах. А слышу только — южнорусские, малороссы. Мы не «южно-» и не «малорусские», мы — украинцы, и это необходимо признать, но, при этом: ваш Достоевский — наш Достоевский, ваш Гоголь — наш Гоголь; мы едины и в вере, т.к. ваш Святейший Патриарх Всея Руси Алексий — и наш тоже. Не нужно воспринимать другой язык, самобытную культуру как некий сепаратизм! Границы, которые между нами присутствуют — территориальные, политические, какие угодно, НО не духовные! А что делать с культурой, ведь она у нас есть — представляете? (и литература заключается не в одном Грушевском). Как поступать с языком? — который запрещен был долгое время в царской России и считался языком деревни и провинциалов..?! С территориальной целостностью — или мы не имеем на все это право в связи с тем, что мы малороссы... (т.е. и не нация сформировавшаяся и не русские). Откуда эта унизительная приставка — «мало»? И почему у меня сложилось впечатление, что если ты не русский — то и православным быть не можешь? Хочу сказать, а вернее выразить, только одно — прежняя ваша статья работает на раскол!

Вы в Украине всех выкрасили в один цвет. С каких пор из-за национальности — украинец — должно быть стыдно? Да, не нравится мне и многим соотечественникам моим наш президент и все его окружение с Тимошенко вместе; да, болит душа от усиливающейся власти раскольника. Хочется крикнуть — Россия, мы с тобой! НО мы не МАЛОроссы! Россия, мы действительно с тобой! Кстати, сербов православных мы «промолчали» вместе. Вот уж где присутствует, в моем понимании, «промолчать».

Не государство ведет антиправославную, антирусскую пропаганду — кучка негодяев. И Украину Россия уступает сейчас так же, как и сербов «уступила». Теперь Украина последний «оплот» на подходе к России и православию. Не бросайтесь словами о том, что мы «попустительствуем» захвату униатами и раскольниками храмов. Вы не знаете, как прихожане стоят за приходы, многих избивают, что священники голодают, сколько исков по судам без ответов. Допустили власть безбожную — терпим! А где Россия была в это время? Почему в итоге победили политтехнологи Америки, а не России? Путин так демократичен, или выгода в другом? Америка не стесняется вмешиваться в наши интересы, а где Россия, где Русский народ? Вы верно подытожили — «профессиональные украинцы». Я призываю не «смешивать» их с патриотами своей страны, которым близки все славяне и православие. Где русский, украинец, белорус, серб — одно. Почему украинская нация не имеет право на существование? К белорусам у вас такое же отношение, они тоже «глупы в своей провинциальности»? Мне непонятно никак: почему другой язык и само государственное объединение воспринимается как нечто абсолютно антироссийское? Мы с вами! Но и вы нас не предавайте! Да, я, и многие мои соотечественники, не мыслят себя без России, но так уж сложилось — мы независимое государство, но зависимы, едины, живы — самим духом русским, — так нам теперь анафема? Ведь этим самым «русским православным духом» может жить и американец, и японец и быть БОЛЕЕ русским, нежели тот, кто живет на землях исторической Руси и считает себя православным. Вы меня понимаете? Вы меня слышите? Так где же здесь «Украйнство»? Россия — путь, свет спасительный всему миру. Не делайте из нее монстра. Не заигрывайтесь в шовинизм — это заразно! Все люди едины в Духе Православном (непреложная истина) — при чем здесь государственность и национальность?

У нас два языка, и оба родные! Так что же делать с этим? Отречься? Большинство здравомыслящего населения — за ЕЭП. Почему времени столько потеряли? Почему смотрите на то, что нас разъединяет, а не на то, что объединяет? Ведь последнего несравнимо больше, отчего и враги «бесятся». (Господи, помилуй.) Сопутствовать их успеху будем долго?

И все же ваш труд «попахивает» шовинизмом, да еще и довольно агрессивным! Опыт сверхдержавы у всего мира на глазах, вот уж где гордость в чистом виде. А России присущ дух смирения и, если хотите, молитвы. Вы же не маловер (правда, близко к «малоросс»)? Знаете, веруете, что Россия выстоит?

И еще, унизительно читать об Украине — «православное» государство. Украина — православная страна без кавычек.

С уважением, Марина.

Уважаемая Марина!

Второе письмо меня несколько разочаровало по части содержательности. В первом было искреннее чувство оскорбленности (и подвигнувшее меня объясниться), в этом же осталось только желание упорствовать неизвестно в чем.

Так же несколько жалко, что я перестал быть «уважаемым» (в начале Вашего письма).

Но это бы все еще ничего, если бы Вы ответили хоть на один из поставленных мною вопросов. Мне кажется, это вернейший признак нежелания разбираться в вопросе, по которому именно Вы начали нашу переписку. Ожидалось и хотелось чуть большего.

Вы пишете: «Не буду углубляться, но нельзя говорить об Украине, украинцах, украинском — не живя в стране ни в советское время, ни со времен самостійності!» Во-первых, совершенно непонятно, почему нельзя говорить о том месте, в котором не жил? Ведь для историка, каковым я являюсь, это обычное дело, поскольку при 99,99% событий историк рассуждает не как очевидец, а как исследователь по имеющимся об эпохе материалам. И во-вторых, «Украйна», «украинцы» и нечто «украинское» существовало и до революции, и вне советской страны в Польше (в 20–30-х годах XX столетия), в Канаде, США и т.д.

Вероятно, Вы имеете в виду, что только очевидец и только изнутри может адекватно понимать то или иное историческое явление. С этим согласиться трудно, поскольку это требует отказа вообще от исторического мышления как такового.

Прокомментировать Ваше отступление о детском садике не могу, не понял, к чему оно.

То, что Вы считаете себя украинкой, я понял. Но поскольку Вы не ответили ни на один вопрос, понять, почему Вы себя считаете «украинкой», я не могу. Вы не привели ни одного исторического или какого-либо иного довода о существовании такой нации. Поэтому говорить «о двух независимых, славянских, братских, ПРАВОСЛАВНЫХ народах» абсолютно преждевременно и необоснованно. Объяснитесь. Откуда на месте исторических русских появились «украинцы»?

Теперь про запрет «украинского языка». Вероятно, Вы имеете в виду Валуевский документ, или Эмский указ. Но ведь первый написан знаменитым представителем Южной Руси Михаилом Юзефовичем, другом А.С. Пушкина, который, кстати был автором лозунга «Единая и неделимая Россия». И поводом для этих документов явились опасения самих южнорусских деятелей, что при обучении на «малороссийском» наречии, изобретенном группой украинофилов, простое население не будет знать ни его, ни русского литературного языка. А ведь тогда только что было крупное восстание поляков, которые хотели вернуться на Южную Русь как паны, и русский литературный язык, конечно, был бы серьезнейшей альтернативой польской культуре. То же что предлагалось украинофилами как «малороссийское наречие», сильно смахивало на польский язык.

О моей статье как работающей на раскол слышать странно. Раскол уже организован и находится сейчас в процессе окончательного оформления, и «благодарность» в этом мы должны предъявлять прежде всего «профессиональным украинцам».

Интересно было бы узнать, кого из деятелей «украинской государственности» Вы считаете достойным уважения (начала XX или конца XX столетия). Кто из них не состоял в той «кучке негодяев», о которой Вы говорите? Хотелось бы, чтобы Вы не уклонились и от этого вопроса.

Очень Вас задевает слово «малоросс»— Вы видите в нем что-то оскорбительное. К сожалению, это тоже один из мифов «украинства», под влиянием которого Вы находитесь.

Появление таких понятий, как Малая Русь, Великая Русь, малорус, великорус и т.п., надо относить ко временам после татарского нашествия. Единая Русь была расчленена врагом на Русь Северную, Владимиро-Суздальскую, преобразовавшуюся позже в Московскую, и на Русь Юго-Западную — Галицко-Волынскую, вошедшую затем в Русско-Литовское государство, а после унии Литвы с Польшей — в Речь Посполитую. Но при этом жизнь церковная и политическая расчлененных частей единой Руси не прекратилась. Церковная власть Константинопольского патриархата над Русской Православной Церковью, которая тогда существовала как епархия этой патриархии, признавалась как в Северной Руси, так и в Юго-Западной. Продолжали существовать и политические сношения обеих частей Руси с византийским императором. Необходимость общения с раздробленной на две части Русью заставила византийских церковных и государственных деятелей в своих письменных документах различать одну Русь от другой, дав каждой определенное наименование. Византийцы применили готовые географические термины классической древности: страна Малая и страна Великая. Эти географические термины обозначают то, что Малой землей называют первоначальную метрополию какого-нибудь народа, а Великой — земли, колонизированные из этой метрополии этим же народом.

В греческом произношении «у» заменялось «о», и поэтому русский народ византийцы называли росс или россами, а нашу страну — Россией. Исходя из этого, византийские ученые мужи называли Галицко-Волынскую, Киевскую Русь — Малой, а Русь Северную, Владимиро-Суздальскую, Московскую — Великой. Через русских книжных людей эта терминология проникла на Русь и стала естественной как в Малой, так и в Великой Руси. Таким образом, исторические понятия малоросс, Малороссия, великоросс, Великороссия достались нам от Византийской империи как культурное достояние, и в глазах греков Малая Русь относилась к Великой Руси, как метрополия к колонии. Что же в этом унизительного? Все как раз напротив, поменяв свою принадлежность к Малой Руси на «украинство», Вы продали свое первородство за чечевичную похлебку, предложенную вам нашими врагами.

Теперь перейдем к историческим корням «украинства». Откуда же появились «украинцы» и «Украина» на месте исторических названий «малоросс» и «Малороссия»?

Начнем с того, что слово «украйна», «украинный» в русских летописях встречается только в значении пограничных, окраинных земель, а не как земли, населенной неведомым «украинским» народом. Слово «украйна» — лишь другая форма слова «окраина».

Исследователи «украинства» относят появление слова «украйна» в значении имени собственного, а не нарицательного, к концу XVII века, когда после Переяславской рады 1654 года и «вечного мира» Русского государства с Польшей, заключенного в 1686 году (по которому Левобережная Малороссия с Киевом отошла в вечное владение Русского государства), поляки поняли, какую реальную опасность несет единоверие и единоплеменность жителей польских украин и русского государства. Стремясь подавить желание русских людей, живущих в Польше, воссоединиться с Русским государством, польские ученые все свои усилия направляли на доказательство того, что в Польше нет русских, а есть особая «украинская» национальность. В историографии наиболее распространено мнение о польском влиянии в деле отторжения Малороссии от России и формировании украинофильского движения. Если Вам будет интересна библиография вопроса, я с удовольствием предоставлю ее (она весьма многочисленна).

И вот как раз чтобы Россия не уступила Южную Русь, я и занимаюсь разъяснением опасности «украинства» — этого нового «хорватства» на Руси (по аналогии с исскуственностью хорватов — то есть сербов, перешедших в католичество)

Еще раз повторюсь, что мои обвинения в отдаче православных храмов униатам относятся к «профессиональным украинцам», а не к Вам.

Хотел бы у Вас узнать и вот еще что. Что такое патриотизм в отношении «Украйны» и как православные Украинской Православной Церкви Московского Патриархата должны поступать в случае (не дай Бог!) войны с Россией? Будут ли они бок о бок с «профессионалами раскола» убивать единоверных русских?

По поводу «украинской» нации и ее права на существование. Вопрос примерно такой же, как вопрос о праве на существование «баварской нации», или «бургундского народа», или «сибирского народа». Политическое образование под названием «Украйна» сродни таким временным историческим фантомам, как ГДР, СССР, а «украинская нация» сродни умирающей общности «советский народ». Таких государств и народов с таким именем история не знает, и это огромная проблема для самих «украинских» деятелей. Так, например, Кучма в книге «Украина не Россия» пишет: «Мы до сих пор не до конца поняли, кто мы такие» (с. 23–24).

Я так понимаю, что Вы «украинка», живущая «русским православным духом», но как только в России или на «Украйне» люди хотят разобраться, откуда же вы, «украинцы», появились на свет, то Россия сражу же становится монстром.

Ваш хороший вопрос: «Сопутствовать их успеху будем долго?» — переадресую Вам и Вашему упорствованию в поддержании мифотворчества.

Про шовинизм ответить решительно не могу. Не знаю, как стремление сохранить религиозное, государственное и национальное единство между двумя расколотыми частями русской нации можно назвать словом, которое имеет отношение к превозношению одного народа перед другим. Читаете ли Вы то, что я пишу? Я не признаю, как православный человек, как историк, как патриот, как человек, любящий свой народ, замещение неким «украинским народом» на «Украйне» всегда существовавшего там русского народа Южной Руси, так же как в советские годы не признавал такового же замещения русского народа неким «советским». Пока Вы не приведете доказательных исторических доводов о существовании «украинского народа», до тех пор мы будем ходить по кругу.

И еще ничего не могу сказать утешительного и о православности государства «Украйна». Страна действительно населена в своем большинстве православными людьми, но там они гонимы и подвергаются унижениям от униатов, от католиков и от всевозможных «украинизаций», проводимых властью государства «Украйна». Так что назвать православным государство «Украйна» никак не могу, не имею никаких реальных предпосылок к этому. Вот Византийская Империя или Российская Империя были православными государствами, это было записано даже в их законодательстве и по своим делам они были также православными; а вот государство «Украйна» ничего подобного в своей повседневной политике не показывает.

В заключение следует заметить, что поскольку на вопросы из предыдущего письма ответов не было то они остаются в силе.

Я спрашиваю Вас, можно ли оставаться последовательницей заповедей Христа, каковой Вы себя называете, и исповедовать следующие заповеди «украинские», которые учит сегодня вся отрубная «Украйна»:

Як понесе з України

У синєє море

Кров ворожу... отойді я

І лани, і гори —

Все покину і полину

До самого Бога

Молитися... а до того

Я не знаю Бога.

(Шевченко. «Заповіт», 1845)

Можно ли быть со Христом и одновременно с антихристами? Можно ли быть православной и призывать к молчанию, когда единство Православной Церкви, единство русского мира и русской культуры пытаются уничтожить самозваные богоборцы?

В чем заключается православность «Украйны»? Может быть, в том, что национальным героем этого «православного» государства является анафематствованный Православной Церковью Мазепа? Или, может быть, тем, что оно, мягко скажем, попустительствовало захвату многих сотен православных церквей униатами и раскольниками? А может, тем, что пригласило Римского папу посмотреть на «Украйну»?

Очень хорошо, что Вы понимаете всю опасность филаретовского раскола, что Вам тяжело жить с этой «язвой», но разве она не плоть от плоти «украинства»? Разве не желание самостийно властвовать заставило филаретовцев порвать связь с Церковью и общерусским миром?

Неужели у Вас не рождается простейшей ассоциации между филаретовцами в отношении к единству Православной Церкви и «профессиональными украинцами» в отношении к единству русского народа?

Кто такие «украинцы»? Люди, произошедшие от неких «укров», люди, живущие у «рая» (как об этом писал ваш бывший президент Кучма)?

Неужели у Вас никогда не возникал вопрос: где же среди святых Православной Церкви деятели «украинства»? Укажите мне среди «героев украинцев», сегодня пропагандируемых «украинским государством», защитников Православия, святых, прославленных Церковью?

Было бы интересно узнать, кто Вам ближе: вышеперечисленные «москали» из святок Русской Православной Церкви или «славные украинцы» наподобие богоборца Шевченко, анафематствованного предателя Мазепы и масона Грушевского из современного пантеона «украинства»?

Хотелось бы узнать Ваше мнение и о приведенных мною ранее словах церковного авторитета преподобного Лаврентия (Проскура) Черниговского (1868–1950), прославленного Украинской Православной Церковью Московского Патриархата в 1993 году, который говорил: «Помните, наши родные слова — Русь и русский. И обязательно нужно знать, помнить и не забывать, что было крещение Руси, а не крещение Украины. Киев — это второй Иерусалим и мать русских городов. Киевская Русь была вместе с великой Россией. Киев без великой России и в отдельности от России немыслим ни в каком и ни в коем случае.

Поляков понуждали завоевывать Русь. Православных теснили и притесняли со всех сторон. Очень не нравились слова: Русь и русский, поэтому назвали завоеванные поляками русские земли сначала Малороссией. Потом опомнились, что здесь есть слово “рос”, и перезвали Окраиной. Слово “окраина” — это позорное и унизительное слово! — Какая окраина?! Чего и почему окраина, когда за этой мнимой окраиной находятся другие страны и государства?! И позже узаконили нам слова “Украина” и “украинцы”, чтобы мы охотно забыли свое название “русский” и навсегда оторвались от святой и православной Руси».

С уважением, Михаил Смолин.

Третье письмо от Марины не заставило себя сколько-нибудь долго ждать и появилось у меня на компьютере в тот же день, когда я отправил свой ответ на второе письмо.

День добрый, Михаил!

Мое предыдущее письмо заканчивается — с уважением, Марина. Письмо адресовано непосредственно вам, значит вам и уважение, уважаемый Михаил!

Ваше последнее письмо все более убеждает меня в том, что Москва (не Россия) страдает манией величия, т.к. и вы не ответили мне — почему же другой язык и территориальная граница являются сепаратизмом? Не ответили и за Белоруссию.

Что же касается вашей степени научной, то не могу не согласиться с тем, что в этом я вам не ровня, но здесь же не могу не выразить то, что только по историческим материалам (которые «дополняются» либо «корректируются», в угоду заинтересованной, провластной, силы) — невозможно судить о целом народе.

Безусловно, интерес Польши и сейчас очевиден (по тому, как «прискакал» их президент в поддержку оранжевому мраку). Но говорить о том, что «“Украйна”, “украинцы” и нечто “украинское” существовало и до революции, и вне советской страны в Польше (в 20–30 годах XX столетия), в Канаде, США и т.д.» — не стоит. Так вот, в Канаду и США бежало не «нечто украинское» а національно-свідомі українці! Бежали, спасая свои жизни, культуру, язык, и в своих сердцах не лелеяли злобу на Россию и русских. Не ссылайтесь на Николая Васильевича Гоголя, он не отрицал хотя бы украинский язык и писал о его мелодичности, он любил и украинские села, быт, природу украинскую (перечитайте хотя бы «Диканьку»). И писал бы языком украинским (которым владел), если бы Александр I не запретил этот язык. Украинский язык, за всю историю, был запрещен более 25раз!!?

Далее.

Русские считают, что если гражданин Украины выступает в защиту украинского языка или культуры — это уже националист в самом худшем смысле. Русским свойственно клеймить того, кто ими не понят. В связи с этим, боюсь, что если бы Украина в 1991 году не стала независимой — сегодня все жители нашей страны считались бы террористами (возможно, грубый пример). Я имею в виду Россию как империю великодержавного шовинизма. Ваша Чечня тоже русская? (Жду ответа.)

Мало того что нам было навязано чувство второсортности («Украинский язык учить было необязательно», «Украина — составная часть СССР, без которого бы эта республика никогда не выжила» — это цитаты из учебных методичек для средних школ Киева 70-х гг.), так мы бы еще стали и украинскими террористами, которых бы обвиняли в том, что мы боремся за свою независимость политическую, а не духовную. (Дожили же мы до того, что уже и не православные.)

С другой стороны, ведется насаждение ненависти ко всему, что не относится к России. Это укрепляет взгляд на русский шовинизм, потому что понятие «русский шовинизм» живет уже более 200 лет. Начиналось все с негативного отношения к евреям и полякам, потом уже к украинцам. Я не признаю, что Россия устроила геноцид украинскому народу на протяжении 70 лет советской власти. Геноцид мы вытерпели вместе с русским народом. Но ранее — очень даже признаю, и не народ сам в этом повинен, а политиканство.

Но и Москва, «оберегая» нас то от татар, затем литовцев и поляков, не давала устояться государственности, оставляла и закрепляла за нами право только на «брата меньшего».

Татарский погром не остановил культуру нашу, и когда Украину подчинила Литва (с начала ХIV века), то и литовцы стали заимствовать украинское. Язык украинский стал тогда государственным— на нем учили в школах, церквах, судах, разговаривала тогда и высшая старшина, и в королевском дворце (и не стоял вопрос— а существует ли он вообще?..).

Именно тогда из Москвы в Украину бежали от Ивана Грозного князь Андрей Курбский и печатник Иван Федоров.

И неудивительно и то, что из тех 30 молодых людей, которых Борис Годунов послал учиться за границу, — домой вернулось меньше десятка.

А в городе Остроге во главе с патриотом, украинским князем Т.К. Острожским (во второй половине ХVI века) — зарождается славная Академия Острожская, где объединились лучшие научные силы. Отсюда и Острожская Библия. Первая полная печатная Библия не только на востоке славянства, но даже среди всего славянского мира. И когда потом, больше чем через 80 лет, в 1663 г. удосужилась на печатную Библию и Москва, она просто-напросто перепечатала Острожскую Библию.

Именно в это время зарождаются повсеместно в Украине церковные братства, которые охраняли веру свою от унии и угнетения Польшей. Основывались школы, типографии, госпитали — огромная культурная работа.

В это время Украина шла нога в ногу с Европой.

Простите, но в это время в Москве школ было мало, науку считали дьявольским плодом, народ повсеместно безграмотен. А ПОТОМУ НЕУДИВИТЕЛЬНО, что преподобный Максим Грек, человек высокого образования и культуры, быстро попал в Москве в тюрьму, в которой просидел больше 20лет!!?!

(По преданию, святая Дева, получив при метании жребия с апостолами Иверскую землю (Грузию) для проповеди в ней Евангелия, услышала от ангела весть, что Иверия просветится позже, «а тебя, — говорил ей ангел, — ожидают попечения о другой земле, в которую Сам Бог приведет тебя». Воскрешенный Христом Лазарь, бывший тогда епископом на Кипре, желая увидеть Божию Матерь, прислал за ней корабль. Но когда она вместе с апостолом Иоанном Богословом отправилась на Кипр, подул сильный встречный ветер и прибил корабль к пристани Афонской горы. Гора была тогда наполнена идолами, здесь было капище Аполлона и жило множество языческих прорицателей, которые против своей воли возвестили народу о прибытии Богородицы. Так произошло обращение язычников полуострова в христиан. Предание это принес в XVI веке в Россию монах-святогорец Максим Грек.)

Михаил, почитайте книгу выдающегося греческого писателя Мицоса Александропулоса, где он описывает наиболее драматичный — «русский» — период жизни Максима Грека (1475–1555). Афонский монах был послан в Россию для перевода и исправления богослужебных книг. Вместо признания на долю ему выпали клевета, доносы, заточение. Несломленный, сохранивший твердость своих взглядов, он не был отпущен на родину и умер в России, слишком поздно его оценившей.

Еще в 1640 г. митрополит Киевский Петро Могила (основатель Киево-Могилянской академии, где учился и Ломоносов), писал царю Михаилу Федоровичу, что в Москве очень необходимо завести науку, а когда царю будет угодно, он обещал прислать учителей. Москва видела культуру украинцев, охотно принимала к себе и хорошо платила.

Семен Патоцкий, прибыв в Москву в 1664 г., учил царевичей Алексея и Федора и царевну Софью, учил он и царевича Петра (Великого).

Истинно, не Москва великая, а Киев.

Жалею, что я не историк, хотя — на историю Богдана Хмельницкого я смотрю как на вероломство московского князя, нарушившего все договоренности с гетьманатом.

Русский шовинизм не воспринимается самими русскими как негатив. А вот украинский национализм не воспринимается. При этом семантика слова «шовинизм» и «национализм» разнится, и понятно, в какой бок и где идет уклон. Обидно слушать обвинения русских в том, что ты обманутый националист (где «националист» — ругательство и позор, а что в корне «нация» позорного?), когда ты говоришь на украинском языке или пытаешься объективно смотреть на историю Украины, связанной с тем же вероломным актом времен хмельниччины со стороны Московского княжества.

Настойчивый вопрос — что с Белоруссией?

Что вы скажете об украинском языке?

В Батурине вырезано было 23 000 тыс. украинцев (населения простого) князем Меньшиковым — в связи с чем? И дальше по Днепру вырезали простых украинцев— детей и женщин не щадили! Вот вам история. Россия, нет, Москва — вела себя как захватчик, империя, там даже речи о духовности не шло! Неудивительно, что наши недруги используют ситуацию, пока вы делаете из России третий Рим и агрессивную империю. Поэтому я подтверждаю, что ваша статья не объединяет, а разъединяет. Вы не с любовью и пониманием пишете, а с агрессией. Сейчас вы ничем не отличаетесь от поляков, лицемерной Европы. Признайте язык и границы — больше ничего.

И Т.Г. Шевченко от безысходности и невозможности выразить всей трагедии своего народа писал с болью. Бог его простит.

Прошу в третий раз объяснить мне свое видение, как вы считаете, всей России, в отношении белорусского народа и государства. Очень вас прошу.

Вы приводите в пример святых, но никто из них не ставил вопрос о «мифичности» Украинской государственности, и тем более языка. Никто! И Русь— Киевская, а не Московская, если на то пошло. Не творите из России третьего Рима, у Святой Руси свой путь.

В храмах службы идут на церковно-славянском языке (к которому украинский очень близок, взять хотя бы — мір), и мы его понимаем, и вы. Я вот русский понимаю, а вы украинский (из уважения ко мне)— понимаете? Исходя из вашей логики, белорусский язык права на существование не имеет тоже, впрочем, как и государство.

О детском садике вы, понятное дело, ничего не поняли, вы же слышите только себя. А донести я хотела одно — нельзя через обман, «насаждение», одним словом, через любую ложь привить любому человеку ощущение себя частью единого, политически самостоятельного, прекрасного народа. И несмотря на то, что украинский язык у нас преподавался плохо — я смогла его полюбить, ощутить, прочувствовать всю музыкальность РІДНОЇ МОВИ! Я детской душой чувствовала, что Украина — это Киев, а не Москва.

И о едином, для каждого открытого сердца (вне зависимости от национальности) русском духе — вы меня также не услышали. Вы больны шовинизмом в его самом худшем проявлении.

Россия — свет и путь Но НЕ ИМПЕРИЯ! Не мешают границы и язык нашему единству! Где сказано, что спасется одна Россия? А весь мір? Другие национальности, в сердцах которых истинно живет православие, — не спасутся потому, что они не русские? Потому, что они не в Российской Федерации?

Как удобно говорить: «Какая окраина?! Чего и почему окраина, когда за этой мнимой окраиной находятся другие страны и государства?!.». Ни при чем здесь другие государства (не лукавьте) — речь идет об окраине России, и вы это четко понимаете.

На ваше упоминание о приезде папы римского (с заглавных букв писать не хочу) отвечу: — мы его не звали, он нам на нашей земле не нужен.

Бестактен и вопрос о войне с Россией. Скажу только, нет, ПРОШУ — не подливайте масла в огонь вашими агрессивными статьями.

Вся эстрада — из Украины. И вы с удовольствием слушаете нашу группу «Океан Эльзы» и отмечаете новый год под Сердючку — на украинском языке, без перевода. Кушаете вы и украинский борщик.

С глубочайшим уважением, Марина.

Мой ответ был следующим.

Здравствуйте, Марина!

Начну с особо волнующего Вас вопроса о Белоруссии. Переписка наша началась сугубо по проблеме «украинства», то есть всего того комплекса проблем (религиозных, исторических, языковых и мировоззренческих), который вобрало в себя это понятие. Поэтому я и не счел нужным уклоняться от генеральной линии обсуждения. Ну уж если для Вас это так принципиально, то выскажу свою позицию и по Белоруссии.

Кратко моя позиция такова. Белоруссия — название производное от старого исторического названия этих земель Белая Русь. Белоруссия как государство всецело есть производное Советской власти, которой было психологически нестерпимо выносить и практически опасно оставлять единство русского народа. С Белоруссией все несколько проще, чем с «Украйной», поскольку там сепаратизм был представлен практически полностью поляками или окатоличенными и ополяченными русскими. Язык Белоруссии представляет собой местное среднерусское наречие, искусственно наполненное полонизмами и латинизмами с уничтожением церковно-славянских корней в чисто русских словах. Тут же отвечу и на вопрос об «украинском» языке. Если говорить о том «языке», который преподавался на «Украйне» в советский и «оранжевый» период (потому что «украинских» языков много, как говорил Панас Мирный — сколько «украинских писателей», столько и языков), то он представляет из себя южнорусское наречие (в основе своей «полтавский говор») русского языка, в котором были искусственно заменены церковно-славянские корни слов на польские, латинские или немецкие. Пока это сделано не во всех словах, но уверяю Вас, каждое последующее поколение на «Украйне» будет говорить на все менее близкой к церковно-славянскому языку РІДНОЇ МОВИ. Языковые реформы перманентны, то есть имеют начало (середина XIX века), но не имеют конца. Помню, читал письма Ивана Франко, который писал редакторам своих «творiв» с просьбами сообщить, как сейчас принято «правильно», «по-украински», писать те или иные слова. Он часто просто не поспевал за реформаторами «украинского» языка. Почитайте стихи того же Шевченко в первых прижизненных изданиях и сравните с дореволюционными и с советскими изданиями. Насколько они в языковом плане до неузнаваемости были изменены «щирыми» редакторами.

Белоруссия безусловно воссоединится с Россией, если не будет внешней агрессии Запада в Белоруссию или Россию с утверждением оккупационного режима, который сможет вдолбить покоренным, что все мы разные и должны жить маленькими славянскими «Швейцариями», только без той благоустроенности и комфорта, которая есть в этой альпийской федерации.

Теперь вернусь к нашей переписке.

Меня удивил Ваш быстрый ответ. Я отправил свое письмо 31.01.06 в 0.46 ночи, а уже в 17.16 того же дня ко мне пришел Ваш ответ. А ведь у меня было написано девять страниц текста (и не самого пустого в смысле заданных вопросов и изложенной информации).

Читаете ли Вы сколько-нибудь внимательно мои письма к Вам? Не пишу ли я впустую человеку, которому не свойственно поверять правоту своих прежних убеждений новой поступающей информацией?

Вот уже третье Ваше (православной украинки) письмо, написанное «без агрессии», пестрит «любовью» и «глубочайшим уважением». Напомню лишь наиболее яркие строки обращенные ко мне лично (здесь и далее выделения мои): «статья «Русский мир и “украинский” миф» — глубоко оскорбительна и недопустима», «очень осознанно-пошло и грубо», «Как вам не стыдно», «вы еще подливаете огонь между русскими и украинцами?! Позор вам!», «Позор вам и вашему “творчеству”!», «ваша статья работает на раскол!», «вы нас не предавайте!», «Не заигрывайтесь в шовинизм — это заразно!», «ваш труд “попахивает” шовинизмом, да еще и довольно агрессивным!»

Я достаточно спокойно переношу грубости в свой адрес. Но в последнем письме Вы постепенно начали переходить с оценок лично меня и моего творчества — на Москву, на русских вообще, на некий «русский шовинизм» и договорились до геноцида дореволюционной Россией «украинской нации». Чтобы не быть голословным, повторю здесь несколько Ваших утверждений: «Ваше последнее письмо все более убеждает меня в том, что Москва (не Россия), страдает манией величия», «Русским свойственно клеймить того, кто ими не понят», «Я имею в виду Россию как империю великодержавного шовинизма», «русский шовинизм», «понятие “русский шовинизм” живет уже более 200 лет», «Русский шовинизм не воспринимается самими русскими как негатив», «Россия, нет, Москва — вела себя как захватчик, империя, там даже речи о духовности не шло! Неудивительно, что наши недруги используют ситуацию, пока вы делаете из России третий Рим и агрессивную империю. Поэтому я подтверждаю, что ваша статья не объединяет, а разъединяет. Вы не с любовью и пониманием пишете, а с агрессией. Сейчас вы ничем не отличаетесь от поляков, лицемерной Европы», «Я не признаю, что Россия устроила геноцид украинскому народу на протяжении 70 лет советской власти. Геноцид мы вытерпели вместе с русским народом. Но ранее — очень даже признаю, и не народ сам в этом повинен, а политиканство».

Дело даже не в том, что подобные высказывания, мягко скажем, грубоваты и внеисторичны. После советских и либеральных потоков оскорблений и вселенской борьбы с «русским шовинизмом», унесшей не один миллион православных жизней (в том числе и тысячи прославленных Церковью как Новомученики Российские) Ваши слова не производят впечатления, они банальны и вторичны. Вторичны потому, что о «русском шовинизме» (которому, конечно, ну уж никак не может быть более 200 лет, просто потому, что фамилия французского солдата — ветерана наполеоновских войн, который говорил о превосходстве французов над другими народами, более 200 лет назад еще не стала нарицательной и его слова еще не окрестили «шовинизмом» по его фамилии) начали писать первыми (или одними из первых) такие небезызвестные немецкие публицисты, как Карл Маркс и Фридрих Энгельс, испугавшиеся Венгерского похода генерала Паскевича в 1848 году. Им мерещился русский панславизм и шовинизм, но в реальности, будучи русофобами, они просто боялись военной мощи Российской Империи и освобождения западного и южного славянства из-под ига сумрачного германского гения. О «русском шовинизме» любили поговорить и Ленин, и Троцкий, и современные наши либеральные защитники прав человека. Так что вольно или невольно Вы попадаете в совсем неприличное общество, несмотря даже на то, что у Ленина в документах Православие значилось как его вероисповедание.

Теперь по поводу Ваших недоразумений со словом сепаратизм. Вы недоумеваете: «почему же другой язык и территориальная граница являются сепаратизмом?».

Слово «сепаратизм» происходит от латинского слова «separо» (отделять, разделять, разобщать, обособлять, отличать), которое с помощью приставки «se» (отделение, устранение) становится противоположным другим однокоренным словам — «pario» (делать равным) и «paro» (устраивать, организовывать, собирать, приобретать, приравнивать). Так вот, желание создать другой, отдельный язык и стремление к разделяющей и обособляющей территориальной границе (границы для того, собственно, и проводят, чтобы отделить одно от другого, а не наоборот) и есть сепаратизм, а появление отдельного языка и разделяющих границ на канонической территории одной Церкви и одного народа и есть печальное для меня торжество сепаратизма. И все Ваши рассуждения о том, что «мы боремся за свою независимость политическую, а не духовную», очень похожи на рассуждения в стиле «твое — это и мое, а вот мое — это только мое».

Так что образование государства «Украйна» на территории южнорусских земель останется торжеством сепаратизма, а не просто образованием очередного территориального общества по изучению местных особенностей. И здесь нет никакой мании величия Москвы. При чем здесь Москва — понять не могу. Я родился в Ленинграде, который теперь называется Санкт-Петербург, и свои взгляды на проблему «украинства» сформировал еще в 1995 году, когда напечатал первую свою статью по этой теме, и жил я тогда в Питере. В отношении меня и моего творчества манию величия логичней (конечно, следуя Вашей логике) приписать С.-Петербургу. Город действительно в высшей степени имперский и повлиявший своей державной статью на мои представления об эстетике государственного величия. Мне кажется, Вы путаете манию величия (то есть безумное желание отсутствующего величия, которое и приводит к неадекватности мышления) и наличие величия (заслуженное, а значит, спокойное обладание величием, что вырабатывает не патологические комплексы, а трезвость и рассудительность в государственном строительстве).

Очень Вы меня удивили, что «украинский язык, за всю историю, был запрещен более 25 раз!!?».

Предлагаю Вам перечислить не «более 25 раз!!?», ну а хотя бы просто двадцать пять. Если в следующим Вашем ответе они будут представлены, готов публично и в любом указанном Вами месте признать свою профессиональную непригодность как историка. В противном же случае, то есть если в следующем письма такового списка (даты и ссылки на указы, законы или распоряжения) не обнаружится, разрешите считать Ваше громкое заявление «милой болтовней». Готов облегчить Вам задачу указанием на Полное Собрание законов Российской Империи (до революции в нем печатались все подобные распоряжения), где в случае их наличия Вы легко найдете все жестокие распоряжения о запрете на «украинский язык». Буду ждать.

То же самое предлагаю Вам сотворить и по поводу Вашего утверждения о геноциде «украинского народа», проведенного в дореволюционной России.

Продолжая читать Ваше третье письмо далее, не могу дать никаких комментариев ни по поводу остановилась или не остановилась «украинская» культура после татарского погрома, ни по поводу подчинения Литвой «Украйны», ни по поводу «украинского» языка, который якобы стал государственным в Литве. Соглашусь только, что вопрос о существовании тогда «украинского языка» действительно не стоял, что исторически абсолютно точно. Во-первых, вопрос ставить было некому (за отсутствием «украинцев» вообще). Во-вторых, в Литовско-Русском или Русско-Литовском государстве государственным языком был так называемый западнорусский язык, практически (за исключением незначительных местных диалектизмов) идентичный языку, существовавщему в соседнем Московском государстве. Да и в-третьих, к сожалению для «украинофилов», сохранились и печать, и грамоты последнего князя галицко-волынского Юрия II. Так, в 1907 году в сборнике «Болеслав-Юрий II, князь всей Малой Руси» опубликована грамота от 20 октября 1335 года магистру Немецкого ордена Дитриху, в которой он, Юрий II, называет себя «Dei gratia natus dux totius Russiae myneris», то есть «Божией милостью прирожденный князь всея Малыя Руси». А в 1370 году польский король Казимир III Великий уже по-гречески в письме к константинопольскому патриарху Филофею присваивает себе титул короля Ляхии и Малой России. Греческий текст за неимением греческого алфавита привести не могу. Подобные примеры отсутствия завоевания «Украйны» Литвой не единичны, но дальнейшее их перечисление займет слишком много места. Если не верить приведенным примерам, то ежели и ангелы сойдут с небес и подтвердят сию правоту — настоящие «національно-свідомі українці» все равно не поверят.

С «украинским князем Т.К. Острожским» порадовать Вас также не могу. Во-первых, инициалы «Т.К.» мне неизвестны, так как исторического князя звали Константин-Василий Константинович Острожский, а во-вторых, хорошо известна генеалогическая легенда, возводившая род князя к «королю Руси» Даниилу Галицкому, что и стало обоснованием лидерства Острожского в среде русского народа Речи Посполитой.

По поводу «ужасов царизма» и его несломленных жертв в лице князя Андрея Курбского, Ивана Федорова, преп. Максима Грека можно написать целую диссертацию, но если буду углубляться в эти сторонние для «украинства» темы, то мы ни к чему не придем в нашей переписке; посему опускаю ее…

Попутно замечу, что никакого «Семена Патоцкого» не знаю, вероятно, Вы перепутали его с Симеоном Полоцким, который уж точно не был «украинцем», потому что родился где-то в белорусских землях (некоторые считают, что в Полоцке).

О городах скажу, что считаю и Киев, и Владимир, и Москву, и Санкт-Петербург великими русскими городами и полагаю бессмысленным рядиться, кто более из них велик в нашей общерусской истории.

О времени Богдана Хмельницкого и деятельности Русского государства того периода можно писать всю жизнь. Знаменитый русский историк С.М. Соловьев посвятил этому времени несколько больших томов своей Истории, так что эту тему нужно обсуждать или обстоятельно, или никак…

Вот об одном из любимых «украинских» мифов о «зверствах» в Батурине готов Вам кратко рассказать, уж больно он распространен. Начну с того, что Меншиков пишется без мягкого знака. Все батуринские «ужасы» «украинская историография» обычно берет из позднейшего знаменитого политического памфлета «История Русов», где казаки представлены этакими светлыми «лыцарями» без страха и упрека. Эти «лыцари», присягнув Петру I, переметнулись вместе с Мазепой во время Северной войны на шведскую сторону и охраняли в Батурине оружие и другие военные припасы «мазепинцев». Они ждали в Батурине подкрепления шведов, чтобы действовать против русских войск, но Меншиков смог решительным штурмом овладеть крепостью. Глава батуринских «мазепинцев» полковник Чечел, есаул Кенигсек с некоторыми другими «мазепинцами» «смело» бежали, но были пойманы верными казаками. Меншиков вопреки рассказываемым ужасам, достойным Нюрнберга, просто отправил всех этих «мазепинцев» в Глухов, где вскоре собралась казачья рада, низложившая Мазепу, избравшая на его место Скоропадского. Вот эта «человеколюбивая» казачья рада и казнила публично взятых в Батурине изменников. А те 23 тысячи южнорусов, которых якобы замучил изверг человеческого рода и царский сатрап Меншиков, преспокойно пережили эти времена, как об этом рассказал малороссийский историк Лавровский, занимавшийся в конце XIX веке метриками города Батурина.

Неслабо ужаснуло меня Ваше прощение за Бога богохульника Шевченко из-за неизвестной исторической науке «трагедии своего народа». Думаю, никакая боль не имеет никакого отношения к следующему шевченковскому безумию:

Церков-домовина

Розвалиться... i з-пiд неї

Встане Україна

С такими национальными героями, как предатель Мазепа и богохульник Шевченко, Святое Православие на «Украйне» всегда будет гонимо и поносимо, потому что невозможно одновременно почитать и добро, и зло. Что общего между светом и тьмою?..

По поводу того, что «Русь — Киевская» согласен, но, во-первых, где здесь «Украйна», о которой Вы говорите, а во-вторых, была и Московская Русь как наследница Киевской Руси, хотя названия «Киевская» и «Московская» им дали уже историки. В летописях же — что в «Повести временных лет» Киевской Руси, что в «Задонщине» Московской Руси, наличествует только «Русская Земля»…

Детский сад хотел пропустить без комментариев. Но вдруг живо представилась такая ситуация. Некий детский садик, где-то на просторах СССР, и в нем воспитатели спрашивают девочку (почему-то представилась именно еврейская девочка?!): «А ну-ка, милая малютка, ответь нам, какая столица у нашего государства?» И девочка, в семейном кругу которой тоже не велось «никаких СОВЕРШЕННО разговоров» на эту тему, «с детской непосредственностью» весело отвечала: несколько коверкая букву «р» — «Столица нашей лодины — славный голод Билобиджан»… Но история на этом почему-то не закончилась, потому что к девочке подбежала ее подруга и, дергая первую девочку по-товарищески за косичку, со знанием дела произнесла «А вот и нет — столица нашей лодины вовсе не Билобиджан, а… Тель-Авив»…

О себе же скажу, что не припомню, чтобы в моем детском садике в Питере мне бы приходилось чувствовать что-либо похожее. Я как-то больше страдал от омлетов, которые периодически давали нам есть, а я их не любил. Так что «издевательства» я терпел несравненно более легкие, чем Вы, от которой, по-видимому, требовали еще в детском садике предать «Украйну» и назвать-таки треклятую Москву столицей государства.

Но все предыдущее меркнет в моих глазах перед следующим Вашим заявлением, что никто из Святых «не ставил вопрос о „мифичности” украинской государственности, и тем более языка». Оно наиболее феноменально и заставило меня в начале этого письма (после рассуждений о Белоруссии) вопросить: «Читаете ли Вы сколько нибудь внимательно мои письма к Вам?»

В третий раз повторяю Вам высказывание преподобного Лаврентия (Проскура) Черниговского (1868–1950), прославленного Украинской Православной Церковью Московского Патриархата в 1993 году, который говорил: «Помните, наши родные слова — Русь и русский. И обязательно нужно знать, помнить и не забывать, что было крещение Руси, а не крещение Украины. Киев — это второй Иерусалим и мать русских городов. Киевская Русь была вместе с великой Россией. Киев без великой России и в отдельности от России немыслим ни в каком и ни в коем случае. Поляков понуждали завоевывать Русь. Православных теснили и притесняли со всех сторон. Очень не нравились слова: Русь и русский, поэтому назвали завоеванные поляками русские земли сначала Малороссией. Потом опомнились, что здесь есть слово “рос”, и перезвали Окраиной. Слово “окраина” — это позорное и унизительное слово! — Какая окраина?! Чего и почему окраина, когда за этой мнимой окраиной находятся другие страны и государства?! И позже узаконили нам слова “Украина” и “украинцы”, чтобы мы охотно забыли свое название “русский” и навсегда оторвались от святой и православной Руси».

Обратите внимание на мои выделения и на то, где стоят закрывающие кавычки, а значит, и оканчиваются слова Преподобного. Если это не осуждение «украинства» и «Украйны» как таковых, то можете смело по-шевченковски обвинять Преподобного в «лукавстве» (и меня вместе с ним, потому что я хотел бы ассоциироваться с преподобным Лаврентием, а не с Мазепой или Шевченкой) и «жестоковыйно» оставаться при своем упрямстве.

В конце Вашего письма есть абзац об эстраде, который меня почти совсем «добил», после всех этих «лукавств» и «шовинизмов». Удивляюсь — за кого Вы меня принимаете?! Эстрада совсем вне моих интересов, от Сердючки меня всякий раз подташнивает, когда его (ее?) вижу (уж очень часто его показывают) по телевизору, а что же касается названной Вами группы «Океан Эльзы», то Вы мне, наверное, не поверите, но я впервые услышал от Вас об этих «титанах» «украинского духа».

«Украинская» эстрада «добила» бы меня вконец, если бы не Ваша заключительная фраза: «Кушаете вы и украинский борщик», после прочтения которой я немного оправился, утешившись приятными воспоминаниями…

Да, это правда: когда жена сподобится его сварить, я с удовольствием потребляю борщик!

Теперь, постаравшись ответить по возможности на все Ваши вопросы от А до Я, от Белоруссии до супчика, хотелось бы перейти к перечню своих вопросов.

1. Будете ли Вы спорить с утверждениями преподобного Лаврентия? Если будете, то являются ли мнения Святых Православной Церкви для Вас авторитетом? Если преподобный Лаврентий не авторитет, то кто же для Вас авторитет?

2. Расскажите, пожалуйста, о происхождении таких слов, как «Украйна» и «украинцы». Когда и где они были впервые явлены православному миру? В каком историческом документе можно их увидеть воочию и где можно этот документ прочитать?

3. Что для Вас важнее — быть православной или «украинкой»?

4. Считаете ли Вы своими национальными героями Мазепу, Шевченко, Грушевского и Бандеру? И если да, то за какие заслуги перед Православием?

5. Будучи прихожанкой Украинской Православной Церкви Московского Патриархата (как Вы пишете), считаете ли Вы нужным окончательно быть автокефальной Церковью или сохранить статус нахождения в Московской Патриархии?

6. Если «Украйна», как Малороссия в XVII веке, будет присоединяться к России, что Вы лично будете делать? Вернетесь в состав России вместе с той территорией, на которой живете сейчас? Будете бороться с этим процессом воссоединения или будете переезжать в те области, которые еще не вошли в состав России?

7. Если «Украйна» прекратит свое существование и ее территория будет разделена между, скажем, Румынией, Словенией, Польшей, Венгрией и Россией, то гражданкой какой страны Вы станете? И почему?

С уважением, Михаил.

На этом переписка с православной «украинкой» прервалась, а на «Украйне» перед выборами стали переводить русские фамилии на рiдну мову. Так что Марина официально будет значиться как «Марына»...

(28 августа 2006 г.)


Прокомментировать статью

Имя:
E-mail:
Комментарий:
Введите текст, который Вы видите на картинке:
защита от роботов